Пошарив под ним, стараясь не выпускать болгов из вида, Нед через несколько секунд вытащил помятый металлический горшок, простой, без каких бы то ни было украшений, со сломанной ручкой.
— Не знаю, на кой он вам сдался, — проворчал он. — Уродливый, как смертный грех. Ничего не стоит.
Болг внимательно изучил горшок, заглянул внутрь и быстро кивнул своему спутнику. В следующее мгновение они шагнули в тень и бесшумно выскользнули в дверь, не потревожив колокольчика.
Бормоча изощренные ругательства, Нед потер шею и принялся рассматривать оружие, которое принесли болги. Он никак не мог понять, кто в здравом уме станет добровольно менять великолепное оружие на какой-то дурацкий горшок.
«Вот вам еще одно подтверждение правоты тех, кто говорит, что они ничего не соображают. Впрочем, оружие они делают замечательное», — подумал он и, чуть приоткрыв дверь, принялся разглядывать диск в свете умирающего дня.
Экипажи, скопившиеся за светло-коричневыми воротами Хагфорта, растянулись чуть ли не до самого горизонта. Повозки медленно, словно ползком, двигались вперед между двумя стройными башнями с колоколами, отмечавшими границу владений Стивена Наварна.
Священник вздохнул и сделал глоток сладкой наливки. «Терпение, — напомнил он себе, рассматривая в окно экипажа весело развевающиеся на ветру яркие, шелковые знамена, украшавшие башни. Ему приходилось постоянно сдерживать демоническую сущность. — Терпение».
Он предпочел остаться в своем экипаже и отказался пересесть в сани на границе Наварна, считая, что по дорогам, которые герцог поддерживал в отличном состоянии, он доберется до Хагфорта быстрее, чем по тонкому снежному насту, покрывавшему поля и холмы. Впрочем, он недооценил погоду: целый день шел снег, потом начался дождь, ночью температура упала, и поля покрыла прочная корка льда, превосходно подходящая для запряженных лошадьми саней.
И вот теперь он застрял среди экипажей, фургонов и пешеходов, спешащих в Хагфорт. Крики животных и возбужденные голоса людей вынуждали его уже регулярно прикладываться к бутылке в надежде, что ее содержимое заглушит ненавистную какофонию звуков. «Терпение».
Скоро события начнут развиваться с головокружительной быстротой. Скоро его ожиданию конец.
И его терпение будет вознаграждено.
Лорд Стивен Наварн прищурился на солнце, потом прикрыл глаза рукой и проследил за пальцем Квентина Балдасарре, герцога Бет-Корбэра. Они стояли на площадке возле ворот замка, и Балдасарре показывал на растянувшиеся внизу повозки.
— Вон там, мне кажется, я вижу экипаж Тристана… смотри, он застрял между башнями, — сказал Квентин и опустил руку, когда Стивен кивнул. — Бедняга. Мало того, что не может сдвинуться с места, так еще наверняка рядом с ним Мадлен.
— Боги, я ему сочувствую, — проговорил Данстин Балдасарре, младший брат Квентина.
— Как вам не стыдно, — пряча улыбку, сказал Стивен. — Насколько мне известно, Мадлен ваша кузина.
Данстин демонстративно вздохнул.
— Да уж. Боюсь, ты прав. — Он стыдливо прикрыл лицо рукой. — Но прошу вас, благородный господин, не судите о нашей семье по столь нехарактерному примеру. Никто, кроме самого Единого Бога, не совершенен.
— Некоторые больше, некоторые меньше, — добавил Квентин и осушил свою кружку с приправленным специями ромом.
Из экипажей осторожно выбирались гости, старавшиеся не попасть под колеса фургонов горожан. Стивен подозвал своего гофмейстера Джеральда Оуэна.
— Оуэн, скажи командиру Третьего полка, чтобы он направил часть фургонов к западным воротам, — распорядился он.
Оуэн кивнул и ушел выполнять приказ, и Стивен повернулся к братьям Балдасарре.
— Если все получится так, как хочет Тристан, наступит День, когда Мадлен станет нашей королевой, — совершенно серьезно проговорил он. — Думаю, не стоит так уж над ней потешаться.
— Ой-ой-ой, какие мы сегодня занудные, — проворчал Данстин. — Наверное, недобрал рома со специями.
— А все потому, что ты вылакал столько, что другим ничего не осталось, — заявил Квентин, прежде чем Стивен успел ответить его младшему брату, — Надо будет в следующий раз попросить наполнить для тебя корыто, будешь там плескаться. Пьянчуга.
— Смотрите, Кандерры наконец приехали, — поспешно вмешался Стивен, увидев, что Данстин сердито ткнул брата в бок. — Седрик уже выгружается. О, обратите внимание на фургоны с вином.
— Эй! — взревел Данстин. — Вы видите, который из них принадлежит Эндрю?
Стивен снова прищурился и нашел взглядом ехавшего верхом высокого стройного юношу с темной бородой, за ним следовали четыре фургона, заполненных деревянными бочками.
— Вон он, впереди, выезжает на опушку леса. Видите?
Лорд Стивен помахал юноше рукой, и тот помахал ему в ответ. Стивен тепло улыбнулся.
Седрик Кандерр, дядя братьев Балдасарре и отец Мадлен, невесты лорда Роланда, являлся герцогом и регентом провинции, носившей его имя. Хотя его земли играли не слишком значительную роль в политической жизни, его прибытия на зимний карнавал ждали все.
