Судьба гнева и пламени полностью

– Да, но совсем не то, какое ожидал Айлиль. Не то, которое было у Илы. – Брови Вэнделин хмурятся. – Он даровал ему долгую жизнь эльфа, сделав его сильнее и быстрее. Айлиль мог исцеляться, и его было намного труднее победить в бою, нежели обычного эльфа, но Судьба Огня проклял его – отныне Айлиль вечно желал человеческой крови, и эту жажду было очень сложно контролировать. Жажда эта была схожа с инфекцией, распространялась на других, если не сдержать ее. Конечно же, Айлиль не понимал, во что превратился. Он лишь знал, что жажду сложно удерживать в узде. И он укусил Илу, заразив и ее. Она, в свою очередь, заразила своих служанок. Болезнь быстро распространилась по Цирилее, а затем и дальше, по деревням и городам, превратив людей и эльфов в этих новых существ. Эльфы потеряли свое родство с Судьбами, когда изменились. Укушенные заклинатели умерли.

– Зачем Малакаю это делать?

– Некоторые считают, что он поступил так назло другим Судьбам, за то, что они сделали и что не понравилось Малакаю. Другие же полагают, что он хотел создать высшее существо. Эта жажда крови, с которой было трудно справиться, давала его созданиям силу и господство. Обе точки зрения могут быть правильными.

Вэнделин продолжала:

– Когда другие Судьбы прознали о том, что сотворил Малакай, они пришли в ярость. Им не нравилось видеть, во что превращаются их творения, и тогда на мир обрушился их гнев, прежде невиданный.

Ярость Аминадава расколола землю надвое, образовав глубокую трещину в горах, которую, за исключением небольшого прохода между ними, было опасно пересекать. Так появился Великий Разлом. Ифу в ярости взбудоражила западные воды к югу от Мордейна столь сильным течением, что с тех пор ни один корабль не мог там выжить. Так появилась Могильная Глубина. Виннила была самой милосердной в своем возмездии – превратила ветер в воронку, которая пронзила Цирилею, разрушая здания и убивая тысячи жителей.

Мои брови взлетают вверх.

– И это милосердно?

– По крайней мере, их смерть была быстрой, а здания можно восстановить. Но, вероятно, самым суровым наказанием воспользовались король Фаолан и королева Риан. Они изгнали свою дочь к югу от Великого Разлома, приказав никогда больше не возвращаться под страхом смерти. Они знали об инфекции, пронесшейся по южным землям, и о том ужасе, который она принесла. Но вместо того, чтобы отправить свою армию на битву за свой народ, правители использовали элементалей, дабы построить непроходимую стену и не дать зараженным пройти через Разлом в Ибарис. Они бросили свой народ, чтобы защитить Аргон. Ила и Айлиль стали новыми королем и королевой, а землю назвали Илором, в честь королевы Илы. Они стали первыми илорианцами, которых и по сей день кличут демонами Малакая.

Вэнделин вглядывается в зловещую фигуру Судьбы Огня.

– Многие изо всех сил старались принять то, кем они стали, в том числе Айлиль и Ила. Некоторые пытались питаться животными, дабы утолить жажду крови. Другие полностью воздерживались, продолжая свою обычную диету, и день ото дня слабели. Потом они поняли, что не питаться смертными – не вариант, если они хотят выжить. Учитывая продолжительность жизни Нетленных…

– И какова же она? – вмешиваюсь я.

«Продолжительность жизни» предполагает, что они не живут вечно.

Вэнделин хмурится.

– Она сильно различается, но я бы сказала, в пределах от восьми до десяти веков. Некоторые живут гораздо дольше.

Я прикусываю язык, предотвращая ругательства, которые грозят вырваться наружу.

– С таким количеством времени илорианцы стали бояться, что смертных скоро не останется. И что потом? Как бы они выжили? От Малакая Айлиль узнал, что проклятие крови распространяется через яд, который илорианцы выпускают посредством укуса и что они могут контролировать желание выпустить этот яд и не заразить смертных. Айлиль и Ила обучили бессмертных илорианцев и создали систему кормильцев, с помощью которой люди оставались под защитой, а Нетленные кормились. На это ушли годы, но это сработало. Подобная система применяется и по сей день.

– За исключением того, что люди теперь порабощены и используются в качестве мешков с кровью. – Я не могу сдержать ужас в своем голосе. – У них нет выбора, не так ли?

– Это единственный способ выжить для всех, – говорит Вэнделин, поморщившись. – С голодом приходит отчаяние. Люди в любом случае будут умирать, но без этой системы условия для них станут только хуже. По крайней мере сейчас в королевстве царит закон и порядок. Цивилизованная основа для нецивилизованной ситуации.

А как же насчет тех людей, поваров и рабочих? Тех, кто таскает тяжелые глыбы раскрошенного камня из садов, обливаясь потом, пока какие-то потаскушки прогуливаются мимо, вертя в ухоженных ручках свои чертовы зонтики? Это тоже входит в систему выживания Нетленных? Я не спрашиваю, поскольку и так знаю ответ.