Золотые, серебряные, сияющие другими оттенками — я не мог их сосчитать, казалось летит целое войско, но вскоре стало ясно, что огнедышащих не так и много. Мельтешение в воздухе огромных крыльев создавало ощущение несметности. С наших стен навстречу сорвался ещё один дракон, я не сразу сообразил, что это Аелия. В чешуе он производил куда лучшее впечатление, чем без неё. Сразу появились солидность и блеск, которых недоставало ящерке-человеку.
Я старался рассмотреть всё до последней мелочи, чтобы было потом что рассказать, когда закончатся недобрые странствия, хотя многое наверняка упускал. Мне, например, ничего не говорил сложный танец, который эти существа затеяли в воздухе, от мелькания крыльев и сверкающих тел кружилась голова, я ощущал себя ребёнком, допущенным на праздник взрослых.
— Аелия посылал Бенига к драконам, — сказал Рея, вернув меня с неба на землю. — Наверняка король уединится с Аелией для личной беседы, у них так положено, пока обоих не будет на виду, расспроси воинов из свиты, может быть, они что-то знают.
— Хорошо! — сказал я. — Постараюсь. Вернуться с ними он не может, потому что сейчас день, я надеюсь, не задержится, придёт уже вечером.
Рея улыбнулась грустно, кажется, она была благодарна за попытку её успокоить, хотя я утешал заодно и себя. Скучал, признать честно, по вампиру, по живой беседе и озорному блеску ярких глаз. По его стремлению поделиться не только одеждой или горячей водой, но и знаниями, а ведь именно последнее и служит верным свидетельством уважения. Служа в отряде, я быстро постиг эту несложную премудрость. Кусок хлеба можно дать и собаке, а навык предложить только равному или тому, кого намерен им сделать. Охотники хорошо ко мне относились, но ни с кем и никогда я не чувствовал себя так свободно, как с Бенигом, существом, которого ещё недавно считал мерзкой нежитью, недостойной даже упоминания. Пора было привыкнуть, но раз за разом эта мысль потрясала, не иначе ломка убеждений шла у меня скачками, а не плавно.
Драконы вскоре скрылись из глаз, наверное, слетели во двор, а потом до нас донёсся шум шагов. Я отступил в уголок, где мог наблюдать за всем происходящим, сам не слишком бросаясь в глаза — так мне казалось. Рея осталась на самом виду, лишь глаза опустила, да ещё хмурая морщинка набежала на лоб, выдавая тревогу. Я подумал, что лучше подойти к девушке, поддержать её, но не успел. Двери распахнулись и в зал потекли гости.
Рея присела в нижайшем реверансе, я тоже поклонился в пояс, жалея, что церемонность отнимает драгоценные мгновения созерцания. Выпрямившись, я сразу увидел короля.
Он шёл впереди всех и показался мне настоящим гигантом: могучим воином с широкими плечами, царственной осанкой, грозным взором. В волосах сияли огоньки драгоценных камней, глаза горели почти оранжевым светом. Монарх огнедышащих внушал почтение, робость и восторг. Я, наверное, смотрел на него с обожанием, но это сообразил уже потом.
Следом шли другие драконы, разодетые в дорогие ткани, сверкающие изысканными украшениями. От рассыпаемых бриллиантами искр закололо глаза. Я осознавал красоту и уместность свиты, но по-прежнему не мог отвести взгляда от короля, совершенно по-детски пленялся самой яркой в собрании фигурой. Давно считал себя взрослым, да так оно и было, а тут понял, что не ушло от меня это стремление искать человека, которому можно подражать, стремясь усовершенствовать себя.
Монарх беседовал с Аелией и драконами из свиты, но иногда взглядывал на меня и Рею, хотя и не пожелал, чтобы нас ему представили. Зачем ящерка велел торчать здесь на виду? Чтобы создать иллюзию собственной неодинокости в фамильном замке? Лучше бы спрятал обоих подальше и никому не показывал: невелика честь хвалиться бесправными пленниками.
Беседа шла на незнакомом языке, именно на нём переругивались в пещере ящерка и вампир, я предположил, что это драконья речь. Безнадёжно вслушивался, стремясь хотя бы уловить знакомое имя, раз прочих слов не понимаю, но и тут не преуспел.
Гости вначале оставались в середине зала, потом ушли к пылающим каминам, там разговор продолжился. Король сидел так, что я видел его лицо и пытался хоть по его выражению понять, благоприятно складываются обстоятельства или нет. Увы ничего не вышло. Монаршей невозмутимости могли бы позавидовать сами эти горы. Затылок Аелии показался довольно напряжённым, но если я на физиономии не могу ничего рассмотреть, мне ли судить по спинам?
Поскольку мы с Реей находились теперь довольно далеко от остального общества, я рискнул спросить шёпотом:
— Ты понимаешь, о чём они говорят?
— Отдельные слова. Вампир по-драконьи — креш. Я не уловила в беседе ничего подобного.
— Я надеялся, что по имени назовут.
Рея едва заметно покачала головой, напомнила, словно я мог забыть:
— Сейчас король и Аелия уйдут в кабинет, свита пока останется здесь, постарайся что-нибудь выведать, потом всех пригласят к столу, но нас, скорее всего, не позовут: я полукровка и истинным драконам не ровня, а про тебя Аелия не знает, умеешь ли ты держать вилку в руках.
— Вот гад, мог бы спросить.
