– Обижаешь! – Максим Игоревич поставил кружку на ближайший стол, вытащил из нагрудного кармана рубашки два вчетверо сложенных листа, протянул их начальству, – вот, девчонки на посту дали. Я их сильно попросил, говорю «что я буду у вас торчать, и так весь ваш чай выпил, дайте пару заверенных копий». Ну, куда я дальше области уеду?
Алексей развернул бумаги. Действительно, это были двухсторонние копии инвойса и ГТД, заверенные по всей форме.
– Первый раз так, – без оригиналов выпустили, – сказал Алексей.
Водитель энергично закивал.
– Они сегодня все как ошпаренные бегали. Им не до меня было, краем уха слышал – многих больших начальников в таможне на днях арестовали, а кое-кого, – он понизил голос, – уже повесили.
Женщины заахали.
– Как повесили? – изумилась главбух, – у нас смертной казни нет, суда не было.
– Уже есть, – сказал Алексей, – с коррупцией сейчас как в Китае бороться будут. Иначе сюда придёт доброе-предоброе НКВД во главе с товарищем Берией и… – он обвёл взглядом притихших сотрудников, – само начнёт разбираться, кто, когда и как нарушал социалистическую законность. А, например, вся наша деятельность – сплошное нарушение советских законов. Вот так-то.
В кабинете воцарилась мёртвая тишина.
– Деньги Матвеев получил? – спросил у главбуха Алексей. Надо было как-то разряжать обстановку.
– Да, все, – Анна Владимировна взяла из пачки документов расходный ордер и показала его Алексею. Весь бухучёт по всем фирмам был сведён под её руководство.
– Куда груз выгружать будем? – спросил из-за спины водитель.
– Сейчас решим, – сказал Алексей и отправился в приёмную.
– Олег там? – спросил он у Маши. Она кивнула, не отвлекаясь от набора какого-то текста на клавиатуре компьютера.
За дверью он наконец-то нашёл грядущего молодожёна. Олег стоял у окна, оперевшись на подоконник, и что-то доказывал Петру, расслабленно сидящему за директорским столом.
– За светлое будущее агитирует? – спросил Петра Мишин, устроившись на гостевом стуле.
– Скорее, за светлое прошлое, – улыбнулся Аркадьев, – никак не могу ему доказать, что все планы по исправлению совка абсолютно нереальны.
– Реальны! – Олег оторвался от подоконника, заходил по кабинету, – ты не учитываешь один очень важный фактор.
– Какой же? – спросил Пётр, улыбаясь.
– Нас! Точнее не нас, лично, а всех попавших в прошлое людей. Сам факт огласки того, что случилось в будущем, уже начал менять реальность. Я ведь тебе рассказывал, как советские восприняли известии о распаде Союза и демонтаже социализма. Эту информацию они никак не смогут из головы выбросить. Изменения уже идут, только пока они незаметны. В мозги каждому гражданину не залезешь ведь, верно?
– По данным разведки, – скучным тоном сказал Алексей, – там, – он неопределённо махнул рукой вверх и в сторону, – принято решение, что нет никакого прошлого и нет никакого будущего. Есть попавшие в Советский Союз и вообще, на Землю, жители другого мира. Понимаете? Всё что происходило у нас в прошлом, теперь, с юридической точки зрения, никакого отношения к будущему этого мира не имеет. Такова официальная точка зрения. Она пока не объявлена, но уже стала политическим фактом. Так что не быть тебе, Олег, ретропрогрессором, товарищем Руматой. Это, кстати, хорошо – ты ведь помнишь, как он закончил свой нелёгкий прогрессорский путь?
Олег остановился, взял гостевой стул и уселся на него верхом, лицом к своим оппонентам.
– А ты что можешь предложить? – обратился он к Алексею, – сидеть и смотреть как бесполезно гибнут наши, хорошо, пусть не биологические… – он вдруг запнулся, отчаянно закрутил головой, – нет, не может такого быть! Если так, то…. - он замолчал, обхватил голову руками.
– По ходу, мил человек, ты чего-то нам не договариваешь, – выдержав паузу, заметил Пётр.
– Я не могу, – глухо сказал Олег, стремительно краснея, – это… это очень личное.
– Тогда скажу я, – Алексей внимательно смотрел, как закрытое знание корёжит младшего. Это надо было прекращать и чем быстрее, тем лучше будет для всех, – это связано с твоей поездкой в Долбино. Так?
Олег молча кивнул.
– Хорошо. Это связано с родственниками твоей невесты. Так?
Олег поднял голову, не мигая, уставился на Алексея. Кивнул ещё раз.
– Не буду уточнять, но то, что ты считаешь невозможным для двух разных миров, вполне может быть в реальности. Не знаю, что там за фамильные тайны, но они могут быть одними и теми же в разных континуумах. У разлучённых близнецов часто бывает одинаковая судьба, неужели ты про это не знаешь?
– Бывает такое, да, – согласился Олег. Кровь начала медленно отливать от щёк и постепенно исчез нездоровый румянец, – возможно, ты прав. Возможно.
– Если ты так хочешь изменить жизнь «за чертой», – Алексей подвёл итог разговору, – то должен помнить, что будущее не может изменить СВОЁ, – он выделил это слово, – прошлое. Потому что независимо от этих изменений оно, будущее, само остаётся неизменным. Так что, – он улыбнулся, – не грузись понапрасну. Если хочешь что-то сделать – делай, а не забивай себе голову всякой мутотенью.
