Маня зашла в лифт, двери закрылись, и она уехала.
Первым, кого она увидела, войдя в «Асторию», был Сергей Петрович. Он стоял посреди мраморного холла, отражаясь одновременно в полах и потолках. Вид растерянный, в руке букетик.
Маня его окликнула. Тот обернулся, на лице отобразилось облегчение.
– Хорошо, что я вас встретил, – заговорил Сергей, приближаясь, – я в таких местах бываю довольно редко, прямо скажем. Ничего не пойму. Куда идти?
– А куда вам надо?
Сергей Петрович немного смутился.
– Ольга сказала, что будет ждать в лобби-баре. Это где, вы не знаете?
Маня, у которой было превосходное настроение, сунула ему Волькин поводок:
– Подержите!
Сергей взял поводок.
Маня раскинула руки и объявила:
– Лобби-бар – это прямо здесь кругом!.. Пойдёмте, я вас провожу.
Лёля сидела на любимом Манином месте – на полукруглом диванчике с видом на упакованного в леса императора Николая Первого. Марфа примостилась с ней рядом и рисовала в тетрадке.
Между прочим, заметила Маня, розовый рюкзачок девочка стала снимать и класть рядом с собой.
– Лёлик, – позвала Маня на ходу. – Это я, шеф!
Лёля оглянулась, увидела Сергея Петровича, чуть-чуть замешкалась и поднялась.
– Какая вы … красивая, – выпалил Сергей. – Как-то даже неожиданно. А я не при параде.
– Мы тоже не при параде, – объявила Маня. – Просто мы ползали в кустах и испачкались, а потом переоделись. Слушайте, ребята, я вам такую историю расскажу про свою героическую собаку! Вы не бойтесь, я потом отстану!..
Маня уселась и стала рассказывать в лицах – как она пришла к знаменитой блогерше, как её встретили, как прекрасен Ясон и как он хотел Маню побить, но его покусал Волька.
– И вот представьте!.. Я стою, Ясон на полу в корчах, пёс рвётся из рук. «Дай я докушаю!» – как бы кричит он мне. В квартире гремит музыка.
Лёля хохотала от души, Сергей посмеивался.
– Вот такая история, – заключила Маня. – Ну ладно, вы оставайтесь, а я пойду, у меня дела.
– Какие дела? – перепугалась Лёля. – Куда ты собралась?
Маня показала на лестницу.
– Наверх, в номер. Мне нужно отправить несколько писем, как говорили дамы в английских романах.
– Маня, останься с нами, пожалуйста, – попросила Лёля.
Ей было не просто неловко – невыносимо.
С тех пор как она гуляла в саду Михайловского замка с будущим – давно уже бывшим! – мужем, никаких свиданий в её жизни не было. И не предполагалось, что будут! Она всё забыла, не знала, куда девать глаза, когда Сергей на неё смотрел, не представляла, о чём говорить, что ему может быть интересно, ну, ведь не её школа, правда же? Сама себе она казалась нелепой, слишком вычурно одетой, неуместной и старой.
И ещё этот букет! Сергей принёс ей цветы, словно они вправду на свидании!..
Она стыдилась себя, ей казалось, что она предаёт дочь, отвлекаясь на разговоры и чаепития с совершенно посторонним ненужным мужчиной. Она должна думать, как им с Марфой жить дальше, а она посиживает в «Астории», где им обеим не место, вся такая нарядная, да ещё с посторонним дядькой!..
– Прошу прощения, – прервала Лёлины внутренние страдания Маня. – Мне правда нужно наверх. Лёлик, никуда не выходите, ты поняла, да?
И, хромая, отправилась к лифтам.
– Почему нам нельзя выходить? – тут же спросил Сергей. – Что-то случилось?
Лёля со страдальческим видом смотрела вслед писательнице Покровской, которая бросила её одну на съедение волку.
– У нас так сложились… обстоятельства, – наконец, проблеяла она. – Мы сами толком не понимаем. Но нам кажется, что за нами следят.
Сергей покатился со смеху.
– Что вы, Ольга! Кто? Зачем?
– Я не могу рассказать.
– А вы попробуйте.
– Нет, – твёрдо сказала Лёля. – Я дала Мане слово. Лучше вы расскажите о себе.
Сергей махнул рукой:
– Да что обо мне рассказывать, вы всё знаете! Семьи нет, детей нет. – Он посмотрел на Марфу, и лицо у него словно посветлело. – Всё время в командировках. Я инженер, строю мосты.
– А я никогда нигде не была, – призналась Лёля. – Здесь, в Питере, в университете училась, потом вышла замуж, дочь родилась. Хотя нет, – спохватилась она. – Мы с ней в Анапе были два раза, и в прошлом году на Волге в санатории, под Саратовом. Мне на работе путёвку дали.
– У меня командировки в основном северные. И далёкие! То в Белоярск, то в Новосибирск. Вот вскоре придётся в Магадан лететь.
– Там тоже мосты строят?!
– Там Колыма, – сказал Сергей и улыбнулся. – Великая река на самом деле. У неё репутация плохая, это уж точно. Говорят же, дальше Колымы не сошлют! Мосты в основном зеки строили, из инженеров. Один мост есть – такой красавец! Он сейчас заброшен, а был! Весь ажурный, лёгкий, функциональный! Словно литой или кованый, а на самом деле деревянный. Его бы спасти – ну, хоть как пример инженерной мысли.
– А что? – спросила заинтересованная Лёля. – Пропадает?
– Скоро совсем пропадёт. Я в прошлом году собирался в отпуск туда рвануть. Хоть сфотографировать его, зарисовать и со всех сторон посмотреть, как он устроен! Я и так и сяк прикидывал, получается, очень сложно! Там же льды, половодья, морозы! А он столько лет простоял.
– И не поехали в отпуск?
– Так самолёты не летали! Пандемия. Но я надеюсь ещё слетать.
