Ильм, стараясь не шуметь, подполз ближе. Теперь за проломом ясно просматривался самый заурядный каменный каземат, коих в Турове было предостаточно. Некромант ласковым взглядом окинул цепи, свисающие со сводчатого потолка, потухший факел на стене. Благодать то какая. Люди… Потом благостное настроение немного рассеялось, и в памяти всплыли пыточные застенки, подвалы городского арсенала и тому подобные потайные места, куда имели доступ лишь люди посвященные. Здесь, похоже, было то же самое. Орденская братия, конечно не заплечных дел мастера и не городская стража при исполнении, но и они не обрадуются нарушителю их сокровенных тайн.
Ильм подтянулся еще ближе и осторожно выглянул из-за разрушенной кладки. Послушник сидел за столом, спиной к пролому и внимательно читал книгу. Стол по закону подлости стоял так, что пробраться мимо него незамеченным было невозможно. Неподалеку от орденского служки на стене висела большая белая холстина с вышитой не ней дланью Единого. Перед рисунком мерцала синим огоньком лампада. Остальные вещи к жизни духовной отношения не имели никакого, а если и имели, то только в качестве инструментов для умерщвления дерзновенной плоти еретиков. Ильм насчитал четыре кирки и пять ломов, в строгом порядке приставленных к деревянным козлам.
Что ж, большого выбора нет. Послушнику предстоит на некоторое время впасть из процесса осознанного бытия. Ничего, как говорится, личного.
Некромант, затаив дыхание, подкрался к увлеченному чтением служке. Резкий удар ребром ладони по шее и чтец мешком сполз с лавки. Ильм подхватил лежащую рядом веревку и сноровисто связал своей жертве ноги. Руки послушника связал его же поясом. В рот затолкал кляп из тряпки, валявшейся на полу. Переодеваться в чужую одежду некромант не стал. Раз здесь присутствуют воины ордена, то по заведенной традиции у всех важных дверей стоят их посты. А на постах этих по другой не менее важной традиции всем без исключения необходимо скидывать капюшон и демонстрировать свой лик. Его лицо никому здесь неизвестно, а это значит, что дальше первого поста он не уйдет. Что-то другое надо придумывать. Знать бы что…
Ильм стянул со стола тот самый кусочек сыра и жадно впился в него зубами. Продукт оказался не первой свежести — засох не только по краям, но и внутри, однако это обстоятельство не помешало некроманту, захлебываясь слюной в мгновенье ока сжевать его полностью. Послевкусие после трапезы осталось не самое приятное. Экономит орден на довольствии низших чинов. Скупердяйничает. Старшие чины, небось, так себя не изводят. Рыбкой закусывают.
Некромант осторожно, одним глазом выглянул из-за угла.
Опять темный коридор. Как же они опостылели за последнее время. Так хочется свободного пространства и неба над головой… Ага, а вот и храмовники у двери. Как и следовало ожидать. Трое при полной броне и оружии наголо. Хорошо, что до них далеко. Значит, туда он соваться не будет. Так, а что у нас с другой стороны?
Ильм лег на живот и посмотрел в противоположную сторону. Никого. Можно немного проползти и разведать обстановку. Жаль, что здесь нельзя подсветить себе путь. Он пополз, стараясь держаться у самой стены. Путешествие в неизвестность оказалось коротким. Совершенно пустая галерея сделала плавный поворот и уткнулась в еще один каземат. Некромант чутко прислушался к деловитому кряхтению, доносившемуся из зала. Это еще что за диво? И отсветы на стенах точно такие, как и в прошлый раз. Опять свечка. Сущее наказание. Куда ни сунься везде служители храма. Однако прежде чем убраться и отсюда, следует посмотреть, кто такие исполненные удовлетворения звуки издает. Для этого надо просто подползти к входу немного с другой стороны…
Ильм незаметно сменил свое местоположение и не удержался от едкой усмешки. Какая проза! В тусклом желтоватом свете среди камней, выстилающих пол виднелся ровный темный квадрат люка. Решетка его была откинута в сторону. Над люком, обнажив зад и подобрав подол кольчуги, присел на согнутых ногах храмовник. На лице его застыло томительное ожидание.
Некромант убрался с прохода и принялся терпеливо ждать. Надо обязательно посмотреть, что это за люк такой. Если канализация, то и размышлять не нужно долго. Прыгать вниз и уходить, ибо другой дороги нет. Если это не канализация, то ситуация осложняется многократно и превращается финал многотрудного пути…
Внезапно тишину подземелья нарушили не слишком куртуазные звуки и, вслед за ними, раздался едва слышный всплеск воды. Потом негромко звякнуло железо.
Ильм вжался в стену.
Солдат прошел мимо него буквально в паре локтей, напевая себе под нос фривольную песенку про селянку и веселого пастушка. Некромант мысленно пожелал ему быть застуканным за столь бездуховным занятием кем-нибудь из старших товарищей и стал терпеливо дожидаться, когда воин отдалиться на безопасное расстояние.
Наконец долгожданный миг настал.
