Я послушалась его голоса. А еще ощутила, как скребется внутри тот самый листочек дерева. Боже, мы же в Пределы вернулись! Я могу восстановить с ним связь!
Схватка пришла в тот самый момент, когда я ощутила прилив сил от Древа Познания.
- Давай, Валя! - подбодрила Гаянэ. - Назови имя!
- Солейран! В честь своего Золотого прадеда! - выкрикнула я вместе с тем, как ребенок покинул мое тело. А громкий писк маленького полудракона огласил пространство палаты…
- Ну, Валентина! - раздался потрясенный выдох Гаянэ. - Ты…ты…сделала ты этого упертого демона! Это ж надо… - а потом я услышала ее тихие всхлипы. Кажется, бабушка взяла внука на руки… - Спасибо, Валя, спасибо тебе…
- Так получилось, значит? - хрипло переспросил голос Арегвана у меня над головой, а потом я ощутила еще один прохладный поцелуй. - Что за сумасбродное сокровище мне досталось?..
- Не знаю… - честно ответила я, чувствуя, что уже не смогу подержать сына на руках. В голове усиливался шум, и сознание медленно покидало меня. - Но оно тебя точно любит.
Потом связь с реальностью окончательно пропала. Сколько я провалялась в забытьи, не знаю, но, очнувшись, обнаружила себя уже не в палате Ифиэль. И вообще это Академию мало напоминало. Зато появление вернувшейся к жизни Гаянэ с Солем на руках окончательно расставило все точки над i: мы находились в родовом замке Арегвана.
- Ты хорошо подумала, когда давала такое имя наследнику Владыки демонов? - с хитрой улыбкой поинтересовалась драконица, но я-то видела по глазам, что она целиком и полностью за то, чтобы все оставалось так, как есть.
- Более чем, - подтвердила я. - Он утверждал, что у нас с Арегваном никогда уже не будет детей, несмотря на смешение аур. Я думаю, и внук ему не особо приглянется.
- И все же использовать демоново усиление рода последними тремя буквами - и назвать дитя в честь дракона - это смело, - отметила женщина, передавая мне сына.
- Пусть кинет в меня камень тот, кто без греха… - почти процитировала я Евангелие, и Гаянэ лишь кивнула в ответ.
- Ты здорова - только восстановиться нужно. Постарайся вставать лишь по крайней необходимости. И помирись с Арегваном, когда будешь получше себя чувствовать, хорошо? - многозначительно добавила она, поднимаясь с постели. - Глядишь, и здоровье восстановится быстрее. Как у меня, - подмигнули мне, тряхнув вновь ставшей иссиня-черной гривой волос, после чего удалились.
Когда она удалилась, а я уже успела покормить Соля и с улыбкой наблюдала, как мирно он стал сопеть аккуратным розовым носиком, голова стала работать в усиленном режиме. Я? Чем-то обидела Арегвана? Когда я успела это сделать? И ведь он так и не зашел к нам, хотя, наверное, то, что я проснулась, ему уже известно. Неужели так и не появится?
Появился. Тем же вечером, зайдя ненадолго, чтобы справиться о нашем с сыном здоровье. Извинился, сказав, что были дела в Академии Познаний. Я вела себя так, словно мы снова на стадии отношений преподавателя и ученицы. Я усиленно думала. И лишь когда он подошел и присел на край кровати, чтобы поцеловать спящего у меня на руках Соля, не выдержала и спросила:
- Все нормально, Арегван?
- Да… - тихо ответил он, но на меня не посмотрел. А потом и вовсе вышел из комнаты. Та-а-а-к! Это что еще было? Гормоны взбунтовались, требуя устроить одному молчаливому дракону разборку. Но тут заворочалась очень кстати проснувшаяся интуиция. Она-то и посоветовала отдать все внимание ребенку. И носить в душе тщательно лелеемый план мести. В общем, выводить дракона на чистую воду я собиралась с чувством, с толком, с расстановкой…
Меня хватило на три месяца. За это время Златоглазый успел стать образцово-показательным отцом, а я - обдумать все возможные варианты возникшего отчуждения. Обида была отметена сразу же: Арегван делал все, что я просила, по первому же зову. С его легкой руки одну из комнат в замке мы переоборудовали под купальню, куда натаскали с Земли (Пределы, как оказалось, Лариску не приняли, поэтому она взяла на себя почетную обязанность посланника между мирами) разных резиновых слоников-рыбок-пингвинчиков, в окружении которых и купали Соля. Правда, запас инвентаря приходилось периодически обновлять, потому что вместе с окончательно сфокусированным зрением в наш дом пришла великая радость: пиротехнические способности ребенка. То есть все, что его не устраивало, мелкий попросту сжигал. И видела я в этом отголоски дедушкиного характера, а потому вела тщательные воспитательные беседы, убаюкивая его после каждого кормления. В ответ на меня смотрели наивные пламенные глазки в окружении моих собственных кудрей, потом следовала совершенно очаровательная беззубая улыбка, исчезающая из-за того, что во рту оказывался палец, а потом волшебным мановением маленькой ручки у меня расплеталась любая сооруженная на голове прическа, потому что кое-кто, явно пошедший страстью к длинным волосам в папу, обожал с моими волнами играться. В принципе, ничего кроме волос ему и не было нужно, поэтому когда требовалось привлечь внимание Солейрана, достаточно было помахать в зоне видимости своими локонами.
