Две версии.
Доброволец национал-демократической освободительной армии Джон Смит обливался холодным потом. Только что из-за угла с диким шипом на него неслась гигантская чёрная многоножка, и лишь отменная реакция профессионального солдата заставила его выстрелить раньше, чем инфернальные яды демонической сколопендры влились бы в его кровь. Штурм зиггурата продолжался. Половина его отряда была уже мертва, но Джон Смит знал – это последний бой, войска Белой Конфедерации уже контролировали столицу Империи Зла. Осталось только добить большевистскую гидру в её логове – взять штурмом императорский зиггурат.
– Ар-Рах!
Гигантский зеленокожий орк напрыгнул на Смита внезапно и, взмахнув огромным стальным топором, понёсся в атаку. Очередь из М-16 в живот прервала его напор, и орк, истекая зелёной жижей, повалился на пол. В нескольких метрах от этой сцены двое солдат из отряда Смита полосовали пулемётными очередями гигантскую медузу.
Медуза пузырилась, распадалась на куски, но никак не хотела умирать, тянула к американским борцам за Белую Европу свои студенистые щупальца.
– Бросайте её! – закричал Джон, – Прорываемся на следующий этаж, к вершине!
Прорваться, однако, было не так-то просто. Лестница, ведущая на следующий уровень, охранялась гигантским пауком. Однако добровольцы рвались вперёд, этаж за этажом, забрасывая коридоры гранатами и дымовыми шашками, пронзая лезущую из всех щелей нечисть яростными пулемётными очередями и меткими одиночными выстрелами. Едкая слизь заливала полы, стены и лестницы зиггурата, и бойцы шли по щиколотку в мерзкой жиже, заменявшей нежити кровь.
Наконец, зиггурат был взят и зачищен от мерзких ордынских тварей. В тронном зале, где только что на месте казнили бывшего лорд-маршала Красной Орды, собрались ликующие победители. Один из них выделялся на фоне других. Лидер и идейный вдохновитель Белой Революции, он носил окладистую седую бороду и был похож на архетипического русского класика. Его звали Алексей Широпаев. Все в тронном зале ждали, что он скажет.
– Соратники! – начал Широпаев, – Сегодня мы вбили осиновый кол в тело инфернальной гидры гунносклавинского татаробольшевизма! Больше ордынские порядки не будут…
Широпаев запнулся. Словно ища источник раздражения, он вновь оглядел тронный зал зиггурата. Взгляд его остановился на странном кольце, лежавшем рядом с троном на столике из иргизейского чёрного гранита. Это кольцо добровольцы сняли с убитого лорд-маршала. Широпаеву очень захотелось надеть это кольцо, и с этим желанием невозможно было бороться. Он подошёл к гранитному столику, сиявшему изнутри чёрным светом, и надел кольцо на свой влажный от пота указательный палец.
Внезапно ему захотелось чего-то ещё. На полу он увидел царскую шубу, которую носил лорд-маршал. Он поднял её, отряхнул и одним движением надел на себя.
Одумавшись, он попытался было снять её, но это было невозможно, шуба как будто приросла к нему, как будто цеплялась за него невидимыми щупальцами-ложноножками.
На Широпаева нахлынула волна безысходного ужаса. Он не понимал, что происходит, да и все присутствующие явно были в шоке. Но голод был неизбывен. Широпаев нагнулся и вырвал из холодных пальцев лорд-маршала сначала скипетр, потом державу. И, не понимая, что он делает, сел на большой кровавый чёрный трон.
– Господин Широпаев, с Вами всё в порядке? – спросил один из добровольцев.
Широпаев попытался ответить, но не смог – вместо речи у него изо рта вырывались непонятные звуки и слова, состоящие из одних согласных. Наконец, с превеликим усилием он смог выдавить из себя что-то осмысленное:
– Наг-Сотх! Ха-Архан! Слава Великой Евразии! Слава Большой Красной Орде!
Он уже не был похож на человека, у него отрасли клыки, а зрачки налились кроваво-красным цветом. Но его гипнотическая харизма оставалась при нём, и все присутствующие, как заговорённые, повторили:
– Наг-Сотх! Ха-Архан! Слава Великой Евразии! Слава Большой Красной Орде!
Так начал свой путь новый лорд-маршал Великой Евразии, беспощадный кровавый царь Большой Красной Орды Алексей Широпаев.
Едва проснувшись, видный либерал и активный деятель национал-демократического фронта Залесья и Ингерманландии Алексей Широпаев включил телевизор и почти сразу же фыркнул от омерзения. По ящику опять показывали военный парад.
Сперва шли мясные орды пехоты в грязных ватниках и телогрейках. С одной стороны их подгоняли плети толстых властелинов ям (зинданов, в которых мучили непокорных), а с другой вдохновлял бой барабанов: сидящие на боевых носорогах барабанщики что есть силы молотили костяными палками по натянутой человечьей коже. Чуть поодаль, будто бы подчёркивая свою элитарность, шли элитные штурмовики – урук-хаи.