– Не-е-е. – Он снял рукавицу, чтобы почесать нос, а потом долго натягивал ее обратно. – Прошлой ночью плохие сны были повсюду, – мрачно заметил Олух. – И Неттл не могла их изменить. Когда я ее позвал, она сказала: «Уйди, не смотри на это». Но я не мог, потому что они были всюду. Я шел и шел, шел и шел, сквозь снег, но сны приходили и смотрели на меня. – Он вновь стянул рукавицу и принялся задумчиво ковырять в носу. – У одного в носу были червяки, и они извивались. И я подумал, что и у меня в носу червяки.
– Нет, Олух, с твоим носом все в порядке. Не думай об этом. Пойдем посмотрим, чем заняты остальные.
Мы едва ли не первыми были готовы покинуть лагерь. Мне хотелось побыстрее отправиться в путь, поскольку на голубом небе появились низкие тучи. Подул сырой ветер, и меня совсем не радовали мысли о снеге и дожде. Однако остальные не спешили покинуть лагерь, хотя Пиоттр бросал тревожные взгляды на небо, убеждая всех побыстрее пуститься в дорогу. Олух стал жаловаться, что слишком устал для нового перехода и что одежда ему жмет. Чтобы отвлечь, я подвел его к шатру Шута и увидел Свифта. Он помогал лорду Голдену собираться в дорогу. Заплечный мешок, колчан и лук аккуратно лежали в стороне, а мальчик под руководством Шута разбирал деревянные шесты, поддерживавшие тонкую ткань шатра. Я заметил в колчане Свифта необычную стрелу, которую я рассматривал вчера.
Шатер опустился на землю, и я заметил, что все шесты не толще хорошей стрелы. Я думал, что горшок с маслом для жаровни вылеплен из тяжелой глины, но когда из любопытства я его поднял, оказалось, что он совсем легкий и сделан из какого-то пористого материала. В сложенном виде шатер занимал места не больше, чем маленькая подушка. И все же, когда Шут собрал свои вещи, мне показалось, что его заплечный мешок тяжелее моего даже с вещами Олуха. Тем не менее Шут с легкостью закинул его себе за спину. Никогда прежде мне не доводилось видеть, чтобы палатку складывали так быстро, и мое восхищение Элдерлингами стало еще больше.
– Как странно: Элдерлинги делали такие замечательные вещи, но их раса исчезла. Интересно, что послужило тому причиной? – Мне хотелось отвлечь Олуха, который вновь начал тереть нос.
– Когда драконы погибли, Элдерлинги исчезли вместе с ними. Они не могли существовать друг без друга. – Шут произнес эти слова так, словно напоминал, что листья зеленые, а небо голубое.
Прежде чем я успел отреагировать на это удивительное заявление, Олух убрал руку от лица и спросил:
– А кто такие Элдерлинги?
– Никто толком не знает, – начал я, но увидел лицо Шута и замолчал.
Казалось, он сейчас лопнет, если я не дам ему возможности говорить. Интересно, когда он все это выяснил и почему он горит желанием поделиться своими знаниями именно сейчас. Свифт, который почувствовал, что сейчас услышит что-то интересное, подошел поближе.
– Элдерлинги были старым народом, Олух. Не в том смысле, что они жили очень давно, а в том, что их жизнь была очень долгой. Подозреваю, что у некоторых из них память простиралась в еще более древние времена, когда жили их предки.
Олух наморщил лоб, пытаясь понять слова Шута. Свифт заворожено слушал.
– Ты знаешь это наверняка или строишь догадки? – прервал я Шута.
Он задумался.
– Я практически уверен, хотя не имел возможности поговорить с Элдерлингами или драконом.
Теперь пришел мой черед удивляться.
– Драконом? А с какой стати ты стал бы спрашивать дракона об Элдерлингах?
– Они… связаны. – Шут тщательно подбирал слова. – Всякий раз, когда мне удавалось что-то о них узнать, драконы и Элдерлинги упоминались вместе. Создается впечатление, что они создают друг друга или существование одних необходимо для существования других. Я не могу объяснить.
– Значит, если тебе удастся вернуть драконов, то и Элдерлинги вернутся? – беспечно спросил я.
– Возможно. – Он неуверенно улыбнулся. – Я не знаю. Но не думаю, что Элдерлинги принесут в мир зло.
На этом наш разговор закончился. Пиоттр вернулся и заявил, что нам нужно выступать как можно быстрее. Принц позвал Олуха, и мы подошли к нему.
Интересно, что означает молчание Дьютифула? Возможно, он заодно с Чейдом? А потом я сказал себе, что это не имеет значения. Если наступит время, когда от меня будет зависеть, жить дракону или нет, я приму решение. А до тех пор я не стану мучить себя бесплодными сомнениями и не буду ни с кем ссориться.
