– Не сомневаюсь! – воскликнул Чейд. – Я уже предвкушаю, как попробую его сегодня вечером. Или лучше завтра утром, чтобы обрести силы после крепкого ночного сна. Бедный Том, я знаю, какой эффект оказывает на тебя эльфийская кора! И хотя она тебе нравится, сегодня ночью ты не сомкнешь глаз. Я не раз говорил, чтобы ты не ел ее по вечерам. Но что толку повторять?
Я ухмыльнулся, хотя настроение у меня было паршивым.
– Вы правы, лорд Чейд. Сколько бы вы ни объясняли мне, до меня не доходит ни единого слова.
Чейд слегка прикрыл глаза, показывая, что прекрасно понял меня. Налив себе слабого чая, он сделал несколько глотков, громко раскашлялся, делая вид, что его сейчас стошнит, и принялся колотить себя кулаком по груди.
– Ты свободен, Том Баджерлок. Пойди поешь, но перед сном зайди к нам. Полагаю, Олух захочет сегодня спать у нас.
– Да, милорд. – Я догадался, что означало его представление.
Я вышел из палатки и зашагал к дальней границе лагеря. Дождь прекратился, но ветер не унимался. Убедившись, что меня никто не видит, я засунул два пальца в рот и попытался избавиться от кусочка съеденного мной торта. Ничего не получалось. Я слишком давно ничего не ел, и мой желудок охотно принял дар Пиоттра. Наконец мне удалось вызвать рвоту, и во рту появился отвратительный вкус горечи.
Я съел пригоршню мокрого снега, засыпал следы рвоты и пошел обратно к палаткам. Холод все глубже проникал в мое тело. Когда сильный яд попадает внутрь, никогда полностью не удается от него избавиться. Знать, что нечто оказывает на тебя влияние, ощущать это воздействие, понимая, что оно усиливается с каждым ударом сердца, – это ужас, не поддающийся описанию.
Я употреблял эльфийскую кору раньше и знал, как она на меня действует. А что, если в торте были и другие растения, которые я ранее не пробовал? Я постарался не думать о такой возможности. Не может такого быть, сказал я себе. Торт принес Пиоттр и предложил нам без всякой задней мысли. Мы пришли сюда, чтобы выполнить его желание – убить дракона; зачем ему пытаться нас отравить? Однако я никак не мог поверить, что только случайность привела к тому, что я лишился Силы.
Мне было холодно и мокро, накатила тоска. Я не хотел в таком состоянии появляться в палатке стражников. И вдруг обнаружил, что стою возле шатра Шута. Замерзшими пальцами я попытался откинуть в сторону полог.
– Лорд Голден, – позвал я, с некоторым опозданием сообразив, что у него могут быть другие гости.
Должно быть, по моему голосу он догадался, что произошло нечто плохое. Шут сразу же откинул полог и торопливо поманил меня внутрь.
– Стой на месте, постарайся не замочить здесь все, – сказал он. – Он уже успел сменить мокрую одежду.
Шут был в длинном черном одеянии, и я ему позавидовал.
– Пиоттр угостил меня кусочком торта. В нем была эльфийская кора, и я потерял Силу, – пробормотал я, стуча зубами.
– Снимай мокрые вещи. – Шут принялся рыться в своем заплечном мешке, как только я оказался в шатре. Наконец он вытащил из него длинный коричневый балахон. – Это должно тебе подойти. Он гораздо теплее, чем кажется. Как небольшая доза эльфийской коры могла лишить тебя Силы? Раньше она никогда не оказывала на тебя такого действия.
Я покачал головой.
– Но так случилось. Кроме того, кто-то атаковал Силой Олуха и меня, пытаясь стравить нас друг с другом. И у них почти получилось, пока я не поднял защитные стены, опасаясь, что Олух нанесет мне удар. Тут только я сообразил, что Олух на самом деле не вызывает во мне ненависти. И он ни в чем не виноват, а если мне не нравится постоянно за ним ухаживать, я не должен вымещать на нем свою злость, верно? В любом случае мне следует обижаться на Чейда, а не на Олуха. Это ведь он поставил меня в такое положение – главным образом для того, чтобы я все время был занят и не мог попасть под твое влияние. Он хочет, чтобы я просто выполнял его приказы, а не думал…
– Прекрати! – с тревогой воскликнул Шут.
Я замолчал, не закончив фразы.
Не успел я вновь открыть рот, чтобы спросить, что случилось, как Шут поднял обе руки.
– Фитц. Послушай себя. Я никогда не слышал, чтобы ты так болтал. Это… вызывает у меня тревогу.
– Все дело в эльфийской коре.
Я содрогнулся от кипящей во мне энергии. Сбросив остатки мокрой одежды, я с благодарностью принял протянутый мне балахон, но тут же вздрогнул, ощутив его холод.
– Какой холодный, словно железо! Из чего он сделан? Из рыбьей чешуи?
– Верь мне и не задавай вопросов. Надень его, ты быстро согреешься.
Выбора у меня не было. Я натянул через голову балахон, оказалось, что его длинные полы доходят мне почти до щиколоток. Я повел плечами и вдруг ощутил, как они расслабились.
– Как странно. Мне он показался узким, но как только я повел плечами, стал в самый раз. Посмотри. Даже рукава заканчиваются на запястьях. Больше всего этот балахон напоминает невероятно тонкую кольчугу. Опять магия Элдерлингов? Ты привез его из Дождевых чащоб? Интересно, как и из чего его сделали? Взгляни, как меняется цвет, когда я двигаюсь.
