0. Тут все прекратили улыбаться, в результате чего загрустили. Жаль им было так же Икинцыцы 1, хотя тот оправился от этого. Блум было обидней от того, что о Скае они резко забыли и больше никто ничего не говорил. Хотя наступит его день рождения — тогда вспомнят.
Вскоре в кабинет вошел Икинцыцы 1. Настроение у него было обычным. Все посмотрели на него, хотя лица были далеко не радостными. Сам он понял причину, но грустить не стал. И улыбаться тоже.
— Я вас приветствую. Лучше улыбнитесь. Она хотела, чтобы вы улыбались, что бы ни случилось. Грусть лишь сделает ей хуже, так что… вот мой вам совет.
Икинцыцы 1 после этих слов сел с Блум за одну парту. Улыбаться-то они не могли сразу, но плакать уж точно нельзя было. Доброта — это то, чего желала видеть в этой семье Рэйнбоу. И Скай тоже.
— Как ты, Блум? — Икинцыцы 1 решил поговорить с ней.
— Пойдет. Навестил ее могилу?
— Да. Рисунок положил туда. Побыл там час. Про меня что-нибудь говорили?
— Да нет. Преподаватели молчали. Кстати, Ики 2 на пять минут раньше тебя пришел.
— Да ну? — Икинцыцы 1 посмотрел на брата, — Ты чего опоздал? У тебя не было причины.
— Башка болела — сам видел. И чего пристал?
— По башке бы тебя врезать, — огрызнулся Икинцыцы 1, но потом махнул рукой и развернулся вперед.
— Ворчун, — так же махнул на него рукой Икинцыцы 2.
Икинцыцы 1 посмотрел на Блум. Она что-то читала, но не имела особого желания с кем-либо болтать. Сам он решил рассказать ей о встрече с Аней, ибо ее это точно может заинтересовать. Икинцыцы 1 ткнул пальцем на плечо, чтобы она обратила на него внимание.
— Блум… разговор есть.
— Прямо сейчас? — спросила Блум.
— Ну… Тебя это заинтересует. Если есть желание, я расскажу.
— Ну давай, — Блум закрыла книжку и посмотрела на него, — О чем ты хочешь поговорить?
— Прикинь, я сегодня возвращался с кладбища и направлялся сюда. Никому не мешал. Вдруг меня сзади зовет… Аня. Та самая из «Ранеток».
Тут Блум округлила глаза. Одна из бывших одноклассниц/однокурсниц заявила о себе спустя полгода. Ее-то Блум презирала больше всех — и эта неприязнь к ней до сих пор не угасла.
— Аня? Она еще не свалила с пригорода? — с удивлением спросила Блум.
— Нет. Кстати, она говорит, что искала меня. Хотела по соболезновать. Еще рассказала о себе и ситуации. «Ранетки» распались, почти все, кроме Леры и Ани, вышли замуж. Все разошлись по разные стороны. Саму Аню бросил Матвей. Антон умудрился кинуть Наташу и даже разорвать дружбу с Матвеем. Аня одна и как бы пришла с миром. Чуть поболтали и я пожал ей руку в знак примирения. Говорит, что у нее тот же старый номер. Она такая «Я могу обращаться к тебе за помощью?», а я ответил согласием. Я сказал «Еще увидимся» и на этом разошлись. Вот такая история.
Блум была удивлена рассказом Икинцыцы 1. Ее не удивило только то, что Лера и Аня остались одни, но все остальное удивило. Она не думала, что «Ранетки» распадутся. Но то, что Аня искала именно Икинцыцы 1… Блум начинала подозревать.
— Советую держаться от нее подальше, — внезапно посоветовала Блум и посмотрела вперед, чем удивила Икинцыцы 1.
— Подальше? Эу… она же угрозы не представляет, — пожал плечами Икинцыцы 1.
— Аня слишком хитрая, чтобы просто так ей верить. Она явно искала тебя не просто так, — Блум посмотрела на него строгим взглядом.
— Вообще-то ты ее презираешь, Блум, но пора забыть старые обиды. Даже если Аня что-нибудь вздумает сделать, то у нее это не получится. Она же лешка, — улыбнулся Икинцыцы 1, — Она мне лично ничего не сделает…
— Девушки порой коварны — и ты это знаешь, — предупредила Блум, — Просто не связывайся с ней.
Блум в данном случае опасалась не из-за того, что Аня может сделать какие-то проделки, а из-за того, что третий шанс Икинцыцы 1 отдаст… Ане. С учетом того, что они оба одиноки, Блум боялась, что судьба поступит подло и сведет их вместе. Аню и Икинцыцы 1 она никогда не считала парой. Пусть он лучше побудет с кем угодно, но только не с Аней. Хотя сам Икинцыцы 1 взглядом уверял ее, что любить кого-то он не собирается.
— Я простил Аню. Со мной ничего не случится, так что не боись за меня, — подмигнул Икинцыцы 1, — Я должен отвечать добром, хоть и дружить с ней не стану.
— Хм… смотри сам, — Блум решила оставить его.
— Кстати, посоветовал бы и тебе простить Аню.
— Простить-то я простила, но коварных действий от нее стоит ожидать. Нафига ей внезапно появляться? Сам это не знаешь, как это объяснить?
— Эмм… Аня искала меня, чтобы просто соболезнования выразить — и все. Что тут такого?
— А мне кажется, что тут дело не только в этом, — хмуро произнесла Блум.
— Хм, — хмыкнул Икинцыцы 1, но улыбнулся и похлопал ее по плечу, — Ты же меня знаешь, старина. Хотя… в крайнем случае, ты меня защитишь и выручишь. На тебя надежда всегда есть, но с Аней я и сам разберусь, если она что-нибудь такое идиотское выкинет. А так, думаю, не выкинет.
