На меня посмотрело мертвенно бледное лицо моего друга детства на голове, которого, я нащупал гематому с запекшейся кровью. Я приложил ухо к его груди и услышал мерное дыхание. Словно горя свалилась с моих плеч, Андрей был жив – просто без сознания. Я слегка похлопал его по щекам, наблюдая, как они, медленно наливаются красным. Затем ресницы Андрея дрогнули, и он открыл глаза:
– А-а? – непонимающе произнес он и, узнав меня, удивился. – Серега ты?
05. Вектор внимания
– А потом я переплыл речку и нашел дом, а затем и землянку… Ну а дальше ты знаешь, – закончил я свой рассказ, бросив взгляд в зеркало заднего вида.
Белик лежал на заднем сиденье «Десятки», которую я позаимствовал, предположив, что похитителям она в ближайшее время не понадобиться и похоже дремал. Уже на трассе я запоздало подумал, что машина может быть в угоне, но выбирать не приходилось, так как нужно было отвезти друга детства в больницу. Мне не понравилась его рана на голове – вполне могло быть сотрясение мозга. К тому же Белик ни как не мог сфокусировать глаза и жаловался на постоянную тошноту. Кто его так приложил, Андрей не видел – его спешно вывели на улицу, и он уже подумал, что собрались куда-то ехать, но молодой парень в кожанке со здоровяком отвели его подальше от дому, а дальше мгновенная темнота.
– «Здоровяк», – подумал я. – «Больше некому…» – я вспомнил, как здоровый похититель лежал в отключке на полу салона микроавтобуса и мысленно пожелал ему не самых приятных вещей. – «Ну, это да ладно… Они свое получат…» – усмехнулся я, услышав по радио в экстренных новостях о недавних событиях в городе. Разборки местного криминала, с мстителем вылившиеся в войну с применением методов тайной воны то и дело повторяли дикторы разных каналов. Мой таран машины похитителей был представлен как акт возмездия наркоторговцам за их безнаказанную деятельность в городе. Официальные власти, конечно, это опровергали, но многочисленные свидетели видели окровавленного парня, который был возле столкнувшихся машин. Более того полиция оперативно нашла девушку, которая подвозила меня к «Солнепеку». Она описала журналистам меня как какого-то романтического героя вернувшегося с войны и начавшего наводить порядок в городе.
– Фигня какая-то, – пробормотал я и выключил радио. За поворотом пявилась больница, повернув к ней, я подъехал к приемному покою. Выскочив из машины, я забежал в фойе и крикнул двум сотрудникам находившихся за стойкой на входе:
– Быстрее, на дороге человека подобрал!
Те схватили свои носилки и побежали за мной к машине:
– Вы с нами! – заявил один из медиков шедший сзади. Вдвоем они аккуратно вынули Белика из «Десятки» и положили его на носилки. – Нам нужны ваши данные.
– Ну конечно, – согласился я, озабоченно кивая. – Сейчас только возьму барсетку…
Сев в машину я вынул из бардачка какую-то тряпки и быстро стер свои отпечатки пальцев с руля, ключей, панели и рукоятки коробки передачи. Затем, взяв свой рюкзак, выскользнул из машины и быстрым шагом направился к входу. Возле двери я шагнул вбок и, пройдя вдоль стены обогнув здание больницы, вышел на другую улицу.
– Прости Белик, – прошептал я, заметив, как к больнице подъезжает экипаж полицейского патруля. – Мне сейчас нельзя попадаться к органам… – я повернулся и зашагал в сторону переулка. По пути я позвонил в полицию по телефону Боченкова и, искажая голос, сообщил, где его можно найти, присовокупив, что «Велик» является член той банды, которую нашли на месте аварии. Затем я разобрал телефон и раскидал его части по кустам, отдельно сломав симку.
– «Надеюсь, он свое получит», – загадал я, вспоминая Белика лежащего на дне землянки. – «Они все получат…» – меня одолело жгучее желание отомстить своим бывшим коллегам за друга детства. Хотя моя вина в том, что произошло, несомненно, была, но, тем не менее, они же фактически оставили Андрюху умирать, а это простить я им не могу.
Вообще изначально я планировал перебраться на постоянное место жительство в Европу. Имея деньги и сертификат коучера международного университета, я надеялся найти там свое место под Солнцем, но видимо не судьба. Я не мог оставить друга детства просто так, тем более как успел мне рассказать Белик, его девушка Жанетт ушла от него, как только денег стало мало. Вернее она уехала на новенькой иномарке купленной ей Андреем в знак примирения. Такая вот ля фем досталось моему старому другу, и он несмотря ни на что все еще хотел вернуть ее.
– «Ничего, Андрюха», – мысленно я обратился к нему. – «Скоро сам все поймешь, кто есть кто…» – по моему глубокому убеждению, именно Жанетт стала невольной причиной раскрытия нашего местопребывания.