– Может, еще подождем минут десять? – предложил Назаров. – Он же там, в кишлаке? Мало ли, что там могло случиться?
Крылов покачал головой.
– Ждать больше нельзя. Похоже, я ошибся в нем! – снова тихо повторил он.
– Да вон же Сергеев! – выкрикнул Назаров. – Смотрите, видите его? Он вон там, за пригорком!
Присмотревшись внимательней, Крылов увидел Сергеева, который тащил на себе большой мешок с продуктами. Он знаком руки остановил своих бойцов, решив дождаться его.
Сергеев подошел к нему и положил у его ног мешок.
– Командир, ваше задание выполнено, – произнес он и протянул ему пистолет и гранату обратно.
Крылов осторожно приоткрыл мешок и увидел в нем около десятка лепешек белого хлеба, небольшой кусок вяленой баранины, грецкие орехи, урюк и кишмиш.
– Молодец. Как это тебе удалось? – поинтересовался он у Сергеева.
Он хитро улыбнулся и посмотрел на него каким-то лукавым взглядом.
– Я сказал, что меня направил сюда полевой командир Назир. Кстати, это он был в кишлаке и уехал из него на джипе.
– Хорошо, Сергеев, встаньте в строй. Белоусов, пусть Назаров отдаст ему свой автомат, а сам останется с пулеметом.
– Есть, – коротко отрапортовал Белоусов.
* * *
Они отошли от кишлака километра два и, устроившись под деревьями, быстро перекусили. Немного отдохнув, группа снова двинулась в путь. Чем ближе они подходили к Кандагару, тем чаще им дорогу закрывали посты мятежников. Приходилось затрачивать много времени и силы, чтобы обходить их стороной. Однако, обойдя один такой блокпост, они тут же натыкались на другой. Создавалось впечатление, что они просто кружили по какому-то замкнутому кругу без всякой надежды вырваться из него. Обойдя очередной блокпост, Крылов подозвал к себе Белоусова.
– Андрей! Днем двигаться стало довольно опасно, в любой момент мы можем нарваться на заслоны духов. Думаю, что днем нужно отдыхать, а передвигаться только ночью.
– Все правильно, командир. Но душманы думают, наверное, так же, как и ты. Они на ночь усиливают свои заслоны. Поэтому, если мы нарвемся на них ночью, то они просто рассеют нас, а затем по одному уничтожат.
Крылов задумался, так как в словах заместителя была определенная логика. Действительно, ночью им будет намного проще рассеять их, а затем по одному, уничтожить.
– Убедил, Андрей, я согласен с тобой. Усиль разведку, – приказал он ему, хотя знал, что сделать это невозможно из-за отсутствия людей.
Когда Белоусов отошел, он взмахом руки приказал Сергееву подойти к нему.
– Что скажешь? Далеко до наших войск, как ты думаешь? Ты видишь, люди окончательно измотаны и твои девяносто километров уже превратились в двести километров.
Сергеев усмехнулся и посмотрел на Крылова.
– Что, командир, думаешь, что я специально таскаю вас по этим горам? Для чего мне это? Ты же сам отлично все понимаешь, что, если двигаться прямо, то до наших позиций осталось километров семьдесят, если не меньше.
– Ты тогда говорил, что до наших войск километров сто. Мы двигаемся уже вторые сутки, неужели за все это время мы прошли всего километров тридцать?
– Командир, это же – горы. Здесь не трасса и поэтому приходится много крутиться, обходить посты и заслоны, а это – лишние километры, а может и десятки километров.
– Сергеев! У нас вся надежда на тебя. Ты должен провести нашу группу через эти кордоны.
– Я не обещаю, товарищ командир, но постараюсь это сделать.
Он отошел от него, а Крылов сел между камнями и закрыл глаза. Усталость моментально навалилась на него. Он даже не заметил, как задремал. Ему приснилась Ольга. Она стояла недалеко от него и махала рукой, словно, куда-то звала. Он пытался ей что-то ответить, но как это бывает во сне, у него пропал голос. Крылов открыл глаза, перед ним стоял Грачев.
– Почему не отдыхаете, товарищ полковник? – тихо спросил он его. – Если не спится, смените Ибрагимова. Пусть он немного отдохнет.
– Слушай, лейтенант. Я хотел бы предупредить тебя, чтобы ты особенно не доверял этому изменнику Сергееву. Я слышал твой разговор с ним и поэтому решил еще раз тебя предупредить. Никто из нас не знает, что он делал там, в кишлаке, с кем общался и что им рассказывал. Сейчас он понял, что ты доверяешь ему, и даже дал ему автомат. А если он – волк в овечьей шкуре? Ты ему автомат, а он нас из этого автомата… Я за ним давно наблюдаю, темный он какой-то. Здесь он на воле, а что ты ему обещаешь там, в Союзе? Там – тюрьма, и это он хорошо понимает. Так вот и подумай, лейтенант, кто просто так променяет волю на неволю.
– Спасибо за совет. Я вас понял, товарищ полковник. Вы бы автомат ему, конечно, не дали, я вас правильно понял? Так вот, что я вам скажу. Я дал ему оружие, я за это и отвечу. А сейчас идите, отдыхайте. Скоро пойдем дальше.
