— Мы можем
Моя мама едва заметно улыбается в мою сторону, прежде чем сделать шаг назад. — Ты можешь ненавидеть меня, но если это хоть немного облегчит тебе душу, знай, что я уже ненавижу себя двадцать четыре на семь, и этого достаточно, чтобы сравниться с ненавистью всего королевства. — Ее слова искренни, что заставляет меня остановиться, но, похоже, это ни в малейшей степени не влияет на Кассиана.
— Ты уверена в этом? Ты не выглядела такой раскаявшейся и огорченной, когда мы увидели, как ты уютно устроилась с Далтоном, как будто не оставила за собой следа катастрофы. — Яд в его словах теперь осязаем.
— Я и Далтон? — Спрашивает моя мать, прижимая руку к груди и поднимая брови.
— Это не имеет значения, давай перейдем к сути того, почему ты здесь, — перебиваю я, отказываясь вести с ней этот разговор сейчас, а может быть, и вообще когда-либо.
— Если она пытается разыграть слезливую историю, и предполагается, что мы должны поверить ей прямо сейчас, то мы, черт возьми, точно можем призвать ее к ответу, когда ее слова не будут соответствовать ее действиям, — выкрикивает Кассиан, раздражение вспыхивает в его глазах, когда он поворачивается, чтобы посмотреть на меня, но эмоция направлена не на меня. Я надеюсь.
— Это из-за твоей матери? — спрашивает моя мать, обращая Кассиана в камень, когда его челюсть сжимается, а зрачки расширяются.
— Какое отношение ко всему этому имеет моя мать?
Я пытаюсь вспомнить, когда он когда-либо упоминал свою мать, но у меня ничего не выходит. Что, черт возьми, она имеет в виду? — Касс…
Мои слова прерывает звук шаркающего движения вдалеке, и мы втроем поворачиваем взгляды направо, следуя на звук.
— Значит, это правда, щенок и его сучка на моей земле. Это, однако, не совсем объясняет, почему ты здесь, Констанция…? — Кеннер приближается к нам, немного более растрепанный, чем обычно, и его взгляд прищуривается на мою мать.
Я замечаю вспышку паники в ее глазах, прежде чем она подавляет ее, полностью поворачиваясь к нему лицом.
— Я хотела увидеть своими глазами, — предлагает она, вызывающе расправляя плечи.
— Что увидеть? — спрашивает он, придвигаясь ближе и пристально глядя на нее сверху вниз.
— Что они осмелились быть здесь.
Кеннер наклоняет к ней голову, на его губах пляшет веселье, когда он приглашает ее приблизиться к себе. — Ты заинтригована так же, как и я?
— Всегда, — быстро отвечает она, не делая ни единой паузы, чтобы быть услышанной, но это совсем не правда. Это не то, что она говорила несколько минут назад, или эта часть была ложью?
Черт.
Что происходит?
— Мы уходим сейчас, — заявляет Кассиан, его голос спокоен и невозмутим, что является полной противоположностью тому, что было несколько мгновений назад.
Испепеляющий взгляд Кеннера подтверждает его следующие слова, прежде чем он разжимает губы. — Вы никуда не пойдете.
Кассиан зажимает переносицу и резко выдыхает, пытаясь избавиться от волнения в костях. — Мы не можем продолжать в том же духе.
— Ты прав, — заявляет Кеннер, заставляя нас замолчать, уставившись на него.
Это сюрприз.
— Хорошо, — выдыхает Кассиан, неуверенность все еще не покидает его, что становится совершенно очевидным, когда его отец заговаривает снова.
— Тринити. — Он выкрикивает имя, и в мгновение ока в моем ухе раздается стук еще большего количества бьющихся сердец. Мои чувства переполняются, когда появляется еще больше волков. Один, потом другой и еще один, пока их мини-армия не окружает дом.
— Что это значит? — Спрашиваю я, наконец обретя дар речи, и его дьявольский взгляд на мгновение останавливается на мне, прежде чем он разворачивается на месте, обращаясь ко вновь прибывшим вместе со мной.
— Это поединок под кровавой луной.
Резкий вдох Кассиана вызывает панику в моих венах. — Отец.
— Скажи это, Тринити, — настаивает Кеннер, подталкивая девушку на шаг вперед.
Ее безумные глаза находят мои, прежде чем поискать взгляд Кассиана, но слишком быстро она снова переводит взгляд на меня. Она откашливается, делая шаг к нам, и на этот раз уверенность волнами покидает ее.
Я знаю, что она собирается сказать, прежде чем ее губы разомкнутся. Эти слова я слышала раньше, слишком много раз, на мой вкус, но теперь они мне слишком хорошо знакомы. Я думала, что со мной покончено после последней дуэли. Я думала, что со мной покончено, когда Кассиан участвовал в дуэли. Я думала, мы прошли через все это дерьмо.
Я ошибалась.
— Я вызываю тебя, Адрианна Рейган. Я вызываю тебя на дуэль под кровавой луной за Кассиана Кеннера.
16
АДРИАННА
Э
тот ублюдок никогда не отступит. Никогда. Я все за то, чтобы проявлять стойкость, но, черт возьми, я устала от этого мужчины.
— Никто ни с кем не будет сражаться под кровавой луной, — рычит Кассиан, его глаза практически черные, когда он смотрит на своего отца сверху вниз.
