— Я думаю, ты уже достаточно потрахался за нас обоих. — Я смеюсь громче, наслаждаясь безумием, которым является моя жизнь, когда его смешок обрывается. Я смотрю на него, сбитая с толку внезапной переменой. Когда мои глаза встречаются с его, улыбка преображает его лицо, и я чувствую, как румянец немедленно заливает мои щеки от понимания того, что привлекло его внимание. Затем он говорит, и мое сердце воспаряет. — У тебя прекрасные ушки, Кинжал.
35
АДРИАННА
K
рилл лежит, положив голову мне на живот, и нежно проводит круговыми движениями по моей коже, когда я прислоняюсь к изголовью кровати. Блаженство после оргазма — мое новое любимое место. Каждые пять секунд я подношу руки к ушам, дважды проверяя, настоящие ли они, но пока не набираюсь смелости подойти и посмотреть в зеркало в ванной.
Часть меня задается вопросом, узнаю ли я вообще себя, но я думаю, что больше всего меня приковывает к месту надвигающееся ожидание выплакать глаза. Снова.
Словно почувствовав мои мысли, голод берет верх надо мной, но прежде чем я успеваю выразить это словами, мой желудок жалуется за меня. От стыда мои щеки запылали, когда Крилл посмотрел на меня с понимающей усмешкой.
— Мне нужно покормить мою принцессу, — заявляет он, отталкиваясь от меня, и встает у края кровати, протягивая мне руку.
— Ты не должен, — ворчу я, переплетая свои пальцы с его, прежде чем он поднимает меня на ноги.
— Да, но, по-моему, ты и так слишком долго откладывала. Почему бы тебе не сходить на минутку в ванную? Я пойду, посмотрю, что здесь есть поесть, — предлагает он, притягивая меня в свои теплые объятия.
Мне одновременно нравится и ненавистно, что он знает, о чем я думаю. Мне это нравится, потому что это заставляет меня чувствовать связь с ним на более высоком уровне, но я ненавижу это, потому что это также позволяет ему высказывать мне все мое дерьмо.
Он прав. Я откладывала это, но нам обоим не обязательно это знать.
— Ладно, встретимся там, — ворчу я, извиваясь в его руках, когда он сжимает мои бока и целует в висок, вызывая у меня тихое хихиканье, несмотря на мои попытки быть сварливой.
Он уходит, не оглянувшись, к сожалению, вновь одетый, давая мне момент, чтобы я медленно направилась в прилегающую ванную комнату. Глубоко вздохнув, я провожу руками по своей футболке, которая явно видала лучшие дни. Используя это как оправдание, я использую свою магию, чтобы привести себя в порядок, вплоть до макушки, где я укладываю свою косу короной на место.
Когда мне больше нечего делать, я стискиваю зубы и переступаю порог. Словно почувствовав мои нервы, передо мной предстает колоссальное зеркало, лишающее меня возможности спрятаться от своего отражения.
Мои ноги сами несут меня к туалетному столику, который стоит перед ним, мой мозг переполнен недоверием, когда я смотрю на себя. К счастью, когда я прохожу половину комнаты, включается свет, что облегчает обзор среди полностью черной эстетики, которая поглощает пространство.
Обстановка давно забыта, когда я поворачиваю лицо из стороны в сторону, наслаждаясь теплом, разливающимся в моей груди.
Это я.
Это всегда была я.
Теперь мой знак восстановлен.
Я чувствую себя цельной, так, как ничто другое не могло бы заставить меня почувствовать. Я чувствую, будто излучаю свет. Я чувствую, будто победила, хотя в моей жизни еще так много неопределенности. Восстановление окутывает меня каждой искрой, по мере того как моя вера растет.
Быть здесь, с моими мужчинами, моими друзьями и моими ушами, — это что-то особенное. Все, что мне нужно, — это моя семья, и я никогда не буду нуждаться ни в чем другом в своей жизни.
Это моя реальность.
Я гналась за мечтой: стать наследницей королевства, которое подвело моего отца. Хотя это все еще мечта, это не то, чего я искала все это время. Это вот это. Быть здесь, в этот момент, зная, что есть люди, готовые стоять рядом со мной, так, что невозможно не доверять им, пока они выбирают доверять мне в ответ.
Я принадлежу этому месту.
Это не то место, которое я искала, по крайней мере, физическое. Это чувство, которое я испытываю, когда меня захлестывает удовлетворенность — редкое, но, тем не менее, отчетливое чувство.
В последний раз, проводя пальцами по ушам, я расправляю плечи и направляюсь в коридор. Я понятия не имею, куда иду, остро осознавая, что на самом деле прибыла сюда совершенно без сознания, но, следуя за приглушенными голосами, я захожу на кухню, где все сидят.
Первой меня замечает Флора. Она вскакивает со своего места, где свернулась калачиком рядом с Арло, и целеустремленно направляется ко мне. Она проносится по воздуху, почти сбивая меня с ног, поскольку держит меня смертельно крепкой хваткой.
