Когда стихли последние звуки выстрелов почетного караула, и все стали расходиться с кладбища Людмила что — то прошептала подруге и осталась возле могилы мужа одна. Опустившись на колени, она сняла темные очки и поправила ленточки на венке.
— Ты все — таки чудовище, Ищенко. — произнесла она. — Снова бросил. Бросил меня, Мышь и нашего мальчика. — женщина улыбнулась и погладила крест. — У нас будет мальчик. Он будет гордиться тобой. — Людмила поднялась, одела очки и поцеловав крест прошептала. — Люблю тебя, но в этот раз никогда не прощу. — и развернувшись пошла к ожидающим друзьям.
Подойдя к Даниле, она взяла его за руку.
— Дань, прости, пожалуйста.
Мужчина помотал головой и обнял женщину за плечи.
— Ты была права, если бы не эти проклятые бумажки, которые я не успел подготовить, Хок остался бы дома.
— Его уже не вернешь, а друга я терять не собираюсь. Мир? — Людмила положила мужчине голову на плечо.
— Конечно мир. — улыбнулся Данил, и все сели в автомобиль уезжая с кладбища.
Доктор преклонных лет посмотрел на свою находку и покачал головой.
— Да, сынок, досталось тебе.
На кровати лежал мужчина с полностью обгоревшей левой стороной лица, левая рука до локтя была изодрана в клочья.
— Мы поместили ему в гортань голос образующий аппарат, так как голосовые связки спасти не удалось. — произнесла рядом стоящая девушка. — А руку…
— Руку придется ампутировать, ее мы тоже не сможем спасти, уже пошло заражение. — произнес доктор и взял медицинский напильник.
Девушка схватила мужчину за руку.
— Ибрагим Ахметович, у нас нет обезболивающего. Нам придется отрезать руку на живую.
— Нет времени ждать. Я не для того вытаскивал этого солдата с того света, чтобы потом потерять из — за гангрены. Вставь ему в рот деревянный брусок и держи.
Девушка вставила полу мертвому мужчине брусок в рот и практически легла на него удерживая своим весом, но, когда медицинский напильник коснулся плоти в палатке раздался такой вопль, что все обитающие рядом стервятники разлетелись в разные стороны.
Людмила с диким воплем вскочила в кровати. В комнате загорелся свет и на порог влетели перепуганные Женя и Света. Женщина продолжала кричать и Евгений встряхнул ее.
— Мелкая, ты чего?
Людмила невидящим взглядом смотрела на мужчину. Света налила воды и подала подруге.
— Что — то приснилось? — спросила она.
Лялина наконец пришла в себя и взяла стакан осушив его.
— Я такого кошмара в жизни не видела. — прошептала она и отдав стакан стала растирать левую руку. — Такое ощущение, что мне на живую руку отрезали. — внимательно посмотрев на друга Лялина спросила. — Жень, а вы уверены, что мы похоронили именно Руслана?
— Ляль, я сам видел, как его самолет взорвался. И к обломкам я тоже лично ездил. Там ничего не осталось.
Людмила покачала головой.
— Он живой. Я это чувствую. Вы ошиблись.
— Лялина, не сходи с ума! — не выдержала Света и стала капать подруге успокоительное. — Лучше выпей.
Людмила оттолкнула руку подруги.
— Вы меня слышите? Мой муж живой, и я еду туда!
— Совсем охренела! Никто никуда не поедет, тем более ты со своим пузом! — рявкнула блондинка.
— Ляль, послушай меня внимательно, Хок мертв. Там не реально было выжить, катапульта не сработала, и он утащил с собой еще двоих ублюдков. Смирись с этим. Его нет. — как ребенку разжевывал женщине Виноградов.
Лялина упрямо вздернула подбородок.
— Не накручивай себя напрасно, ты должна сейчас думать о детях. В первую очередь о том, которого ждешь. Лишние нервы ему не на пользу. — продолжал Женя. — Твой сын — это мужское продолжение Хока. Ты меня услышала?
— Да. — протянула она.
— Тогда выпей успокоительное и ложись спать.
— Хочешь я побуду с тобой? — предложила Света снова протягивая подруге лекарство.
Людмила согласно кивнула головой и молча выпила содержимое стакана.
— Ты все — таки ненормальная. — пробурчала Света смотря на подругу изучающую карту на полу разрушенной улице в Сирии.
— Нам необходимо отыскать все полевые госпиталя.
— Я с тобой под пули не полезу.
Людмила оторвала взгляд от карты и посмотрела на подругу.
— Я не просила лететь со мной. Сама увязалась.
— Да потому что тебе крышу совсем снесло, будешь дальше нести эту пургу, что Руслан жив, тебя в психушку запрут! К тому же я на сто процентов уверена, что ребята уже просекли где мы и нам будет полный капец!
— Угомонись. Я обещаю, что, если не найду здесь своего мужа — смирюсь. Ок?
Светлана демонстративно закатила глаза.
— Хотелось бы верить.
Людмила снова уткнулась в карту.
— Смотри, все госпиталя мы уже проверили, остались только полевые, а их немного.
Света подошла к подруге и заглянула в карту.
— Совсем немного. Да пока мы эти семь штук обойдем, нас десять раз пристрелят. Лялина, почти месяц прошел, он бы давно объявился.
Людмила зарычала и стала складывать карту.
— Слушай, ты со мной или нет?
— Да с тобой конечно, куда я тебя колобка одну отпущу.
— Тогда прекрати нудить и поехали. — сказала подруга и забралась в автомобиль.
Объехав практически все полевые госпиталя женщины остановились у последнего и вышли из автомобиля. На встречу к ним выскочила молодая девушка.
