— Нет, папа, нравится, но мне не нравятся его поступки и планы на будущее. Помнишь, ты предлагал ему служить год на Алтуфьево, в полку внутренних войск. Нет. Он же не без твоей помощи сделал себе отсрочку. Ты ходил с ним в университет и, насколько я знаю, на ректора имел какое-то влияние твой знакомый из Министерства внутренних дел на Житной?
— Да, надо было только дождаться ректора из отпуска, и, я думаю, Игорь бы учился в этом университете, тем более переводом, — сказал Артем.
— Папа, он делал несколько попыток найти себе работу в Москве. Даже ты, и то его посылал к своему другу. Но все было не то. Игорь хочет все и сразу в Москве. А так не бывает. Мне кажется, он предпочитает жить с мамой, а не со мной. Там тихо, привычно, без проблем, есть все необходимое.
— Оленька, а любовь?
— Любовь, папа, перерастает в привычку, долгие разлуки не принесут желаемого результата на совместную жизнь. Игорь стал совсем другим. Он не способен, как оказывается, на простые подарки для любимой женщины.
— Оля, откуда у него, бывшего студента, деньги?
— Ты же знаешь, я не люблю считать чужие копейки, но я знаю, что у него есть своя сберкнижка, у него есть деньги, однако он все подсчитывает свою получку и дает понять, что она не настолько большая, чтобы купить хороший букет любимой девушке, а не приехать с одной розочкой. Он, папа, да что там говорить, ты и так все видишь. Он с каждым годом становится все жадней и жадней.
— Может быть, ему взять да и высказать все в глаза? Он умный парень, поймет. В целом положительного у него гораздо больше.
— Нет, мой дорогой папочка, я тоже так думала. Но прав был Высоцкий: «Если он родился баобабом, то баобабом и умрет».
— Да, моя девочка, согласен. Скупость — плохая черта.
— Потом я знаю, как ты просил его съездить к деду на дачу и привезти ему воду и хлеба, а когда через неделю позвонил, то оказалось что он твою просьбу проигнорировал.
— Да, было такое, у него аккумулятор сдох.
— Сдох аккумулятор, но есть такси, они не сдохли. Вызвать по телефону к дому такси, загрузиться и за двести рублей, всего за двести рублей, съездить на дачу. Выполнить твою просьбу. Ты ведь не просто мужик со стороны, ты ему, бывало, и за отца был.
— Я, конечно, тогда на него обиделся. Согласен.
— Вот бы ты так никогда не поступил, если пообещал.
— Оля, ради тебя я всегда был готов прощать ему эти, пусть неприятные, моменты.
— Папа, это не моменты, это похеризм. Это нежелание себя напрягать ради других. Может быть, он любит меня по-своему, но я не чувствую себя уверенно с ним. Я не вижу будущего. Он укрывается в своей скорлупе.
— Он что, эгоист? — спросил Артем.
— Не совсем, конечно. Да ладно, папа, я устала с ним бороться. Не хочет в Москву, пусть целуется со своей мамой, хватит с меня.
«Если бы вернуть все назад, — думал Артем. Может быть, и надо было бы попробовать уговорить Олю не прогонять Игоря. Вызвать его на откровенность, послушать, сказать, что не надо быть скрягой, что надо ради любимой бросать все и лететь за ней на край света, надо выбрать путь и идти по нему или с Олей, или без нее. Я бы ради любимой не сдался, не уехал бы, сделал бы все, что смог. Как же жить дальше, если была любовь, были ведь точки соприкосновения почти девять лет». Нет, как бы ни пытался настроить положительно себя на Игоря Артем, но не смог.
Игорь тюфяк, он не смог переступить через свои принципы ради любимой. Оля вышла замуж за француза еще и потому, что он был во многом противоположностью Игорю, он не жалел ради любимой ничего, он соглашался с ней во всем почти три года, он с нескрываемым уважением и вниманием смотрел на менеджера их компании, где он был тогда коммерческим директором по продаже вин Франции и Италии. Быть рядом с русской красавицей, а еще умной и порядочной девушкой, Тьерри только мечтал.
Оля после Игоря хотела иметь рядом человека, который бы мог не спорить с ней по пустякам, а быть помощником в ее делах и быть рядом, а не ездить четыре года от случая к случаю в Москву с розочкой и изредка с тортиком.
Артему Тьерри понравился.
Был морозный февраль, и Оля пригласила Тьерри на ужин в один из воскресных дней.
— Папа, — сказала тогда она. — Мама согласна, а я хочу оповестить тебя, что завтра у нас будет мой начальник, француз. У нас будет не простой человек, он очень хорошо разбирается в винах, он историк, имеет два высших образования, знает русский язык, итальянский, польский, английский. Работал в Канаде, Польше. Около трех лет работает в России в фирме «Мелизан», он коммерческий директор уже более двух лет, он влюблен в меня с первого дня моего прибытия в офис. Я не собираюсь за него замуж, но он этого хочет и упорно настаивает на женитьбе.
— Он что, свататься придет? — спросил удивленно Артем.
