Всё случилось быстро. Поцелуй, неловкие ласки и болезненный первый раз. Пока я вытирала слезы, Глеб уже спал. На утро мучение повторилось. Я стала побаиваться совместных ночей и под разными предлогами ложилась в постель только тогда, когда муж уже засыпал. Нечасто, но Глеб всё же настаивал на близости. Каждый раз это случалось быстро и неловко. Мне казалось, в этом виновата я. Недостаточно сексуальная и пылкая, совершенно неопытная серая мышь. Я даже желание у мужа вызвать не могу. Более умудренная подруга советовала посмотреть фильмы для взрослых, и я рискнула. Один даже закачала на свой планшет в качестве учебного пособия. Купила красивое белье, чулки, пеньюар. Вечером явилась к мужу в спальню не после полуночи, как обычно, а почти следом за ним. От его удивленно-изумленного взгляда чуть не рассмеялась.
А когда я грациозно опустилась на него сверху, лаская губами, постепенно опускаясь к паху, он, кажется, перестал дышать. Как обычно, всё произошло быстро, но я на этом не остановилась. Пока Глеб, тяжело дыша, отходя от экстаза, продолжала поглаживать, нежно лаская кончиками пальцев его бедра, живот и снова ниже.
— Ты сегодня бесподобна, — только успел выдохнуть муж, как я почувствовала, что он снова хочет меня.
Теперь уже он ласкал меня везде, и наш второй раз за ночь был более продолжительным и жарким.
Я сама выбрала позу, прогнувшись перед ним кошкой. И всё получилось, а потом получилось ещё раз, когда я снова оседлала его. Уставшие лежали на влажном белье, обнявшись.
— Хочу, чтобы ты всегда была такой, — довольно улыбаясь, произнес Глеб.
— Буду, — послушно согласилась в ответ, радуясь своей маленькой победе.
— Я одного не пойму, откуда ты таких умений нахваталась? — подозрительно посмотрел на меня муж, резко нахмурившись.
Я потянулась за планшетом, не скрывая своих источников. Просмотр так нас увлек, что мы повторили одну из уже пройденных поз и изучили новую. Оказалось, что Глеб до свадьбы тоже был девственником, и фильмов для взрослых в его видеотеке не было, но так было раньше. Сейчас мы были готовы учиться и пробовать всё новое и не пройденное. Вечерами практиковали, а по утрам закрепляли увиденное. Постепенно наша семейная жизнь наладилась, мы закончили обучение, я пошла работать, а Глеб продолжил образование. Так прошёл ещё год, а потом внезапно муж решил, что я тяну его вниз, мешаю карьере. Он хотел учиться и профессионально расти, не задумываясь, где заработать и как прокормить семью. В его планах наметился переезд в Москву и карьерный рост в престижной компании. Мне же, рядом с ним места не нашлось. На мой вопрос: "А как же наша любовь?"
Муж ответил, что это ошибка молодости и ничего больше. Таких любовей у него будет ещё много, а сейчас ему надо подумать о своём будущем.
Я собрала вещи и переехала к родителям.
Развели нас без моего присутствия. Пойти в суд, я так и не решилась. От общих знакомых знала, что Глеб со своей девушкой уехал в Москву. Он с легкостью погрузился в новые отношения, а я за год после развода, так и не могла его забыть. Мужского внимания избегала, страшась новых разочарований.
А потом подруга купила машину и после аварии её привезли в эту больницу, где в соседней палате лежал Игнат Сбруев — увлечение первокурсницы, переросшее в первую любовь.
Заметила его в самый первый день в университетских стенах. Высокий, красивый, сильный. Даже перебитая бровь не портила его брутальной красоты, а только придавала ему мужественности. Темно-карие глаза, широкие, прямые брови, греческий нос и жесткие, четко очерченные, выразительные губы.
Такого нельзя не заметить и невозможно не влюбиться с первого взгляда. Головой понимала, что этот парень никогда не обратит на меня внимания, но продолжала о нём мечтать. Прокручивая ночами наше возможное знакомство и моделируя развитие отношений. Говорят, что мысли материализуются. Мечтала о том, что он заметит меня, и он заметил, но дальше события развивались совсем не так, как мне представлялось. Игнат оказался избалованным женским вниманием, самовлюбленным, наглым неандертальцем. Мы и не были знакомы вовсе, а он уже пытался меня облапать. Тогда я убежала из кухни, проревев полночи в подушку. Нелегко осознавать, что твой идеал всего лишь хам и бабник.
Игнат несколько раз пытался меня подкараулить в коридорах университета или в кухне общежития, но от одного его: "Ну, чего ты меня избегаешь? Я же на тебя запал" или "Ты такая сладкая, детка." — меня передергивало.
