Употреблять алкоголь стал еще во время учебы в профессиональном училище, но особенно пристрастился к вину, когда бросил учебу. Начинал алкоголизировать с 2—3-х раз в месяц, а затем “при любой возможности. Что было, то и пил”. За один прием выпивал до 0,5 литра алкоголя. При этом никогда не напивался до беспамятства. Все преступления совершил в состоянии алкогольного опьянения.
Иерархию собственных желаний выстроил следующим образом:
1) хочу иметь женщину, которая удовлетворяет меня и тоже получает удовлетворение;
2) хочу хорошо поесть;
3) пусть меня скорее повесят, это следствие меня измучило, а конец все равно один.
По завершении обследования попросил дать лекарство, которое уменьшает половую потребность
1) У испытуемого К., 32 лет, имеется патологическое развитие личности.
2) Отсутствуют какие-либо основания для утверждения о наличии у обследуемого сексуальной девиации.
3) Проявление у К. неправильных позиций по отношению к женщинам позволяет признать его социально опасным.
4) В процессе совершения К. криминальных действий у него сохранялась способность к осознанию их значения, но способность к управлению ими была в значительной степени ограниченна.
При уже определенном опыте читателю не составит большого труда проследить в данном случае механизм развития у подэкспертного агрессивного поведения по отношению к женщинам. Заметим лишь, что результаты обследования К. позволяют предположить, что осуществленные им убийства не имели характера убийств, совершенных для удовлетворения стержневых девиантных сексуальных потребностей, хотя проявленная при этом жестокость и имеет некоторые черты, характерные для садизма. Основополагающей причиной совершения убийств в данном случае все же была патологически измененная личность К., с выраженными чертами агрессивности по отношению к женщинам. Развитие этой агрессивности в основном происходило на сексуальном фоне. То есть эти убийства можно рассматривать как “вторично сексуальные”.
Пример 2. По постановлению прокуратуры произведена судебно-сексологическая экспертиза гр-на Я., 31 года, имеющего начальное образование, работающего механиком, женатого.
Как следует из имеющихся в деле показаний. Я.: “Мое поведение не является девиацией, а является сексуальным отклонением. В процессе совершения убийства у меня появлялась эрекция и наступало семяизвержение, но я никогда не испытывал сексуального возбуждения именно от трупа и не совершал при нем мастурбации. Причиной моего поведения послужила одна женщина, благодаря которой я возненавидел весь их род. Со временем эта ненависть углублялась, и я стал считать всех женщин исчадием ада. Единственным исключением из них была моя жена, которой я никогда бы не смог причинить обиду, даже когда во мне горела ненависть ко всем женщинам и, выходя из дома, я вожделел ударить и убить какую-нибудь женщину”.
Из заключения судебно-психологической экспертизы: