Законом установлено, чтобы царь или князь, или рыцарь, находящиеся в пути и повстречавшие монастырь, останавливались в нем, а не в деревне, и монастырь должен поставлять им все необходимое. В этом отношении далее закон определяет, что если среди них имеются женщины, они не имеют права выходить и бродить по монастырю, им следует скрываться от взоров, а мужчина не должен напиваться до опьянения и распевать Гусинские[207] песни или сладкие мелодии, дабы не вводить во грех безбрачных монахов и не навлекать на себя непростительного греха. Им положено оставаться в монастыре, отдыхать и затем следовать дальше.
Если мирской священник умрет, не имея наследника, то епископу следует взять всю его одежду и постель, а приход он может отдать кому захочет; остальное имущество любого рода и то, что осталось от приданого, принадлежит жене священника. А если умрет и жена священника, то все будет принадлежать епископу.
Если же остался сын — наследник, который имеет духовное звание, то по усмотрению епископа решается, дать ли ему приход, или нет; если он способен быть пастырем над верующими, то епископ дает ему приход, а если нет, то приход не принадлежит ему как наследство; а достается церкви.
Епископы находятся во власти патриарха, а священники вместе со своими приходами — епископа. Но епископ сам лично не может владеть приходом. После смерти епископа его одежда, митра и постель становятся собственностью патриарха; священника — епископу, а прихожан — священнику.
Если же епископ живет в монастыре как монах, то его имущество должно принадлежать монастырю, и только если доказано, что он имеет личное имущество, которое действительно ему принадлежало, то он вправе завещать это своей семье или кому пожелает, чему никто не может препятствовать.
По закону, ни под каким предлогом не разрешено брать плату за погребение умерших. Поэтому мы сочли уместным сказать, откуда пришел этот обычай. Итак, знайте же, что он возник у безбожных священников, продающих даже участок под могилу из-за бессилия епископов, которые не велят сжигать их (священников) как поклонников сатаны, они дают (эти участки) как будто в аренду. И это еще не все, они продают также причастие и обедню, хотя о таких закон гласит, что их следует сжигать огнем и побивать камнями, подобно неверным. Ибо они ввели ложные и противозаконные правила. По закону, с умершего, кроме одежды и постели, ничего не должны брать. И это — новый побор и новый порядок, который происходит не от предков, но неосведомленный народ в своем невежестве примирился с этим. А вина за это лежит на совести настоятелей. Пусть (также) хорошо знают те, кто терпит, что совсем не дозволено, чтобы священник шел на погребение в чужой приход, за исключением того случая, когда местный священник ему это разрешает (в знак уважения).
Закон повелевает и утверждает, что священники ни в коем случае не должны взимать деньги за отпевание и погребение (умершего). Далее, как церковные владыки, так и мирские судьи должны, если они встретят священника, который взимает за это, лишить его звания; затем царь или парон должен наказать его сжиганием и все его имущество они вправе конфисковать, ибо оно скорее принадлежит (царской) казне, чем сыновьям неверного.
Если кто-нибудь незаконно исполняет должность священника, не будучи им, то епископ должен его допросить и распорядиться об испытании его вардапетами. И если он окажется достойным духовного сана, то пусть епископ посвятит его в священники, но тот сперва должен понести соответствующее покаяние за непокорность.
Если же он не достоин и является безбожным шарлатаном, то церковь должна передать его княжескому суду, чтобы тот конфисковал все его имущество и наказал его тюрьмой и прочими пытками, дабы никто больше не осмелился совершить подобное.
