Ориентировочно в пять утра, я, позевывая, проинформировала ставших обходительным девочек что закончила. Что касаемо их Госпожи, та безмятежно спала. Решив, что, если я ту разбужу, появится уйма новых проблем, я решила ретироваться.
Выслушав мои наставления Зита, кивая головой, направилась к входной двери, где через специальное окошко вытянула наружу руку, судя по движению плеча, она той там чего то изобразила. Через пять минут к камере подошли парочка надзирательниц, которые меня и забрали, поведя на новое место обитания.
— Не забывайте про больничку и бинты, а я пошла, — сказала я на последок, прежде чем выйти из камеры.
Ну наконец то, теперь можно и поспать. Но увы, вместо мягкой подушки меня встретила Люся, которая почему-то не спала. Из сбивчивого объяснения той я выяснила, что сегодня моя и ее очередь с утра дежурить на кухне помогая с завтраком мамаше и поэтому через десять минут за нами придут надзирательницы.
А я-то думала, почему у той парочки охранниц были такие самодовольные морды. «О создатель, за что!» взмолилась я. Устроиться на кухню мне уже казалось не самой лучшей идеей.
Глава 13 новое.
Интерлюдия.
Открыв глаза, Ангел ещё некоторое время, лёжа в своей кровати, силилась вспомнить что же там такого ей снилось, от чего разбиравшие все ее внимание тревоги отступили куда-то далеко на задний план. Но у нее так ничего с этим и не получилось, а вот дела житейские, судя по ощущениям, не терпели их отложения в дальний ящик. Она, вскочив со своей кровати, пулей устремилась к огороженному специальной ширмой унитазу. Не успела она расслабиться, как из-за ширмы раздался голос ее подчинённой.
— Госпожа, как вы. Вам плохо?
Кровь, не смотря на демонстрируемую всем холодность, всё-таки прильнула к щекам девушки, уж очень в пикантный момент ее потревожила ее служанка, даже если те и были для нее дороже всей родни.
— Нет, дурында. Мне сейчас было очень хорошо, пока ты не полезла со своими глупыми вопросами, Зита. Хоть в туалете то я могу освободиться от вашей опеки? — С нескрываемым возмущением поинтересовалась та в ответ.
— Но… как же! После такой сложной операции, я же должна знать, вдруг что то пошло не так.
— После какой оп…… - Ангел споткнулась на полуслове. У нее в голове словно сработал маленький тумблер, включив наконец-то в работу головы жесткий диск, на котором располагалась память девушки. До этого вопроса от служанки, вычеркнутые из сознания события последних пары дней словно водопадом ворвались в ее голову, заставляя ту хоть и со скрипом, но все же работать. Странный заказ на одну из заключенных, который прислал ей ее отец, редко балующий свою дочь хоть каким то вниманием. Но сейчас ей сообщали о девочке, на которую требовалось сильно надавить, собранную организацией информацию, в конце же была приписка от родителя «Решай сама пора уже повзрослеть». А предложение было действительно странным, ведь то поступило напрямую от федералов.
Знакомство же с целью добавило еще больше вопросов, подозрительная не по годам умная девочка, конечно Ангел и сама в ее возрасте уже в куклы не играла, но все же. Опять же какая-то мистика связанная с той, эти ее ярко зеленые глаза, которые словно прожекторы еще и светились каким-то внутренним потусторонним светом, заставляя даже матерых, ну насколько это возможно от детской тюрьмы, гангстерш испуганно ежиться под ее пронизывающим и словно заглядывающим прямо в душу взглядом, ещё более странная информация касаемо той приходила со свободы.
Вроде бы сначала девочка как девочка: родители, подростковые увлечения и планы, но затем после чудесного спасения ту словно подменили, чего стоило только то что индейцы, с которыми она контактировала, с уважением называли ту не как иначе как Великий дух.
Но дальше было еще. Словно играя на струнах ее души, пообещала Ангелу невыполнимое обещание и что более странно, та ей поверила, то было фактически невозможно, но почему-то она верила этой девчонке.
Боясь все еще поверить, Ангел, вскинув ладони к лицу, начала испуганно ощупывать то, но так хорошо знакомые ею шрамы не ощущались.
«Я должна это увидеть. И почему я голая?» только в этот момент обратила внимание на свою наготу она. Но не важно, сначала зеркало. Чуть ли не лбом отворив ширму, Ангел метнулась в сторону душевой кабины, у которой, рядом с умывальником, располагалось запрещённое в камерах достаточно большое зеркало, у которого через несколько секунд она и замерла как громом поражённая, боясь поверить в увиденное. На нее смотрела, словно вернувшаяся назад на пять лет, когда ее лицо ещё не было изуродованным, ее собственная мордашка, единственным воспоминанием о шраме, на котором осталась тонкая прореха на ее брови, да еще не привычная для нее сильная худоба. Но это было нестрашно.
