– Это долгая история, в подробности которой углубляться не стоит. Она началась со споров за господство над герцогствами Шлезвиг, Гольштейн и Готторп. На протяжении последних столетий датские короли постоянно нападали на эти герцогства, однако, как им того ни хотелось, у них никогда не получалось полностью завладеть ими. Когда к власти пришел герцог Фредерик Кристиан, старый король не спешил поздравить юного герцога, а герцог, в свою очередь, распускал про короля слухи и тайно боролся против него. С самого начала они напоминали кошку с собакой. В девяносто шестом и девяносто седьмом годах конфликт обострился: в то время герцог, чтобы подразнить короля, построил укрепления возле Тённингена – в частности, Сокерсканс и Холмерсканс. В мае девяносто седьмого король напал на эти укрепления и сровнял их с землей. К сожалению, правители Англии, Голландии и лунебургские князья вынудили датского короля отозвать войска с этих территорий. Им не хотелось, чтобы Дания приобрела чересчур большую власть в северонемецких землях.
– К сожалению? – удивленно переспросил Реджинальд, знавший, какое отвращение я питаю к войнам и военным действиям.
– Да, – ответил я, не вдаваясь в подробности. Когда речь идет о событиях случившихся, хода истории уже не изменить. В особенности старику, который зиму проводит, забившись под пуховое одеяло. Но если б только! Мечтать ведь не возбраняется…
Поднявшись, князь Реджинальд виновато проговорил:
– Понимаю, что мы отклонились от повествования, но я просто вспомнил ту старую ссору и хотел убедиться, что речь идет именно о том герцоге, которого знал батюшка.
Он пододвинул стул поближе к столу и вновь углубился в чтение.
Уклонились от темы? Я прикрыл глаза. Если бы Реджинальд только знал, насколько близко он подошел к самой сути дела!
Мария лежала на кушетке в нашей комнате, куда мы отправили ее, чтобы она из своей каморки не услышала, как мы беседуем со всеми остальными. Девушка листала одну из профессорских книг, рассматривая гравюры, изображающие скелет и черепа.
– Какой чертовщиной вы тут занимаетесь?! – спросила она, отрывая изумленный взгляд от жутких картинок.
– Там показано, как устроено человеческое тело, – объяснил я, – профессору важно это знать для врачевания.
Явно успокоенная таким объяснением, она спустилась вслед за мной по лестнице. Перед дверью в харчевню она дотронулась до моей руки и шепнула:
– Не забудь – в полночь в прачечной!
Я смущенно кивнул, но у меня достало сообразительности уточнить:
– Если мы к тому времени закончим. Если нет – приду позже.
Она понимающе кивнула, и мы зашли в харчевню.
– Мария, ты когда-нибудь разговаривала с графом? – начал Томас.
– Да, потому что в еде у графа имелись особые пристрастия.
– Вчера вечером госпожа фон Хамборк намекнула, что граф очень грубо обошелся с тобой и Бигги. Как это произошло? Что он сказал?
Мария непонимающе посмотрела на него:
– Бигги? Что это такое?
– Нищенка. Женщину, которая просидела несколько дней у вас на кухне, зовут Бигги. Это та, что дала тебе лекарство от зубной боли.
Услышав в голосе Томаса насмешливые нотки, Мария покраснела, но не смутилась – в ее глазах засверкали гнев и злость.
– Эта ведьма нас сглазила! Хозяйка мало того, что слегла, так еще и стала совсем несносной – прежде я такой ее никогда не видела! И стоило ведьме лишь появиться на пороге, как граф умер. Чего же дальше ждать? Священник грозится, что наступит конец света! И все это – оттого, что здесь объявилась эта ведьма!
– С таким же успехом ведьмой можно назвать тебя или меня, – попытался успокоить ее Томас, однако его слова лишь сильнее разозлили девушку.
– Профессор и меня считает ведьмой?! – прошипела она, брызгая слюной и сверкая глазами.
В ответ Томас Буберг улыбнулся и постарался успокоить ее:
– Да нет же. Я знаю, что ты – никакая не ведьма. И знаю я это потому, что ведьм просто-напросто не существует. Поэтому ни ты, ни Бигги не можете оказаться ведьмами.
– Вот уж не знаю… – пробормотала Мария, похоже, успокаиваясь. Томас пристально смотрел на нее.
– Где ты находилась в тот вечер, когда графа убили?
– Профессор что же, считает, что это я сотворила? – Она недоверчиво оглядела тучную фигуру профессора. Пытаясь смягчить свои вопросы, тот прямо-таки лучился спокойствием и доброжелательностью. Но, похоже, Марию ему провести не удалось.
– Нет, Мария, я так не думаю. Ты добрая девушка, а в одном я твердо уверен: убийца графа – человек злой, не только перед Богом, но и перед людьми. – Томас на секунду умолк, чтобы до девушки дошел смысл его слов. – Я должен отыскать этого человека, пока он не совершил еще большее зло, и рассчитываю на твою помощь, Мария.
– Чем же я помогу, когда я ничего интересного не видела? – недовольно возразила девушка.
– Постарайся точнее отвечать на мои вопросы. Это мне поможет.
Мария немного помолчала, а потом кивнула, словно говоря – “ладно уж, спрашивай”.
– Итак, Мария, где ты находилась в тот вечер, когда графа убили? – повторил Томас.
