Наум высказался первым — Японцы предлагают просто сумасшедшие деньги! Кто-нибудь да не устоит, захотев обогатиться. Увы, но люди не совершенны! Большинство японских агентов находятся под наблюдением наших сотрудников, правда плотно их стараются не опекать, все таки хороших специалистов у нас там нет и я приказал слежку вести только на расстоянии с помощью оптики.
Я взглянул на своих сотрудников и задумчиво протянул — Честно говоря, ни разу не был в Токио. Не пора ли убрать этот пробел?
Федор довольно улыбнулся — Чур я с тобой! Я тоже не против посмотреть на императора.
Артузов пожал плечами — И как вы хотите это провернуть? И с кого перепуга в этой операции решил поучаствовать ты, Павел? Кто останется руководить управлением?
Я ткнул в его сторону пальцем — Ты останешься как мой заместитель, а Наум по легенде будет переведенным из другой части заместителем начальника военного склада, у которого есть сын, это я. Федор будет водителем одного из грузовиков на этом складе. Нам нужны еще наши инструкторы Петр и Танака.
Фуруя Киёси был японским военным разведчиком, наблюдающим за событиями в России во время Первой мировой войны и Гражданской войны в России. В 1909–1911 годах он проводил разведывательную деятельность на Дальнем Востоке России под прикрытием изучения русского языка. С 1914 по 1917 год Фуруя был военным наблюдателем от Японии в русской армии, в 1917 году недолгое время был главой японских инструкторов-артиллеристов. В 1918 году он стал японским военным атташе в РСФСР и активно информировал Токио о формировании Красной Армии, положении в Советской России и угрозе германского влияния. После разрыва Японией дипотношений с Советской Россией в 1918 году, Фуруя продолжал сбор сведений из Швеции, пока не возглавил в 1919 году группу по контролю за немецкой армией от Японии. Однако после вступления Германии в Советский Союз, Фуруя перебрался в Владивосток и, выдавая себя за китайца, открыл в городе фотомастерскую, предлагая за копейки сделать снимок в его мастерской. Когда японские войска полностью покинули советскую территорию, Фуруя стал резидентом японской разведки, создав свою сеть из китайцев и корейцев, которые осели во Владивостоке. В фотоателье заходили советские офицеры, их фото всегда печатались не только для заказчика, но и для отправки в Японию.
Ближайшими помощниками полковника Фуруя стали Одагири и Исидзака, вместе с резидентом начинавшие разведдеятельность в России.
Исидзака появился в фотомастерской перед закрытием — У меня хорошая новость! На одном из военных складов сменили несколько человек, их заподозрили в связи с нами. Действительно, они скорее всего засветились после встречи со мной. Так вот, среди новых сотрудников оказался японец, попавший раненным в плен еще в пятом году! Этот Танака сразу же согласился помочь своей родине, правда поставив условием получение домика на окраине Токио.
— А почему этот Танака остался жить в России и не пытался вернуться на землю предков? — Фуруя отчего-то засомневался, у него сработала «чуйка» как говорят русские на опасность. — Значит кроме дома Танаке ничего не нужно?
— Еще он запросил ежемесячную выплату в сумме ста йен!
Фуруя хмыкнул. Первый послевоенный экономический кризис в этом году особенно сильно ударил по Японии в силу ее исключительной зависимости от внешнего рынка. Он выявил слабые стороны японской экономики: неравномерность развития отдельных отраслей промышленности; отставание сельского хозяйства; появление многочисленных предприятий спекулятивного плана. За время кризиса на 40 % упал японский экспорт, на 30 — импорт, на 20 % снизился уровень промышленной продукции. В связи с этим закрылось или перешло на сокращенный режим работы значительное количество промышленных предприятий, выросла безработица, обанкротилось несколько десятков банков. Кризис показал, насколько непрочными явились последствия военного бума, заставил японских промышленников срочно перестраивать экономику в соответствии с условиями мирного времени. В 1920 году в Японии на 1 иену можно было купить 5 фунтов риса, 7 фунтов ячменной крупы, 9 фунтов пшеничной муки и 1,5 фунта сахара. Ежедневная зарплата неквалифицированных строительных рабочих-японцев составляла в среднем 1–2 иены. У неквалифицированных рабочих-корейцев — 0,6–1,3 иены, то есть на 30–50% ниже.
— Значит Танака сможет один вывезти эту пушку?
— Ему придется задействовать еще троих, которые тоже хотят переехать в Японию и также просят комфортное жилье и деньги. С одним из русских тринадцатилетний сын. Только у них главное условие — они передадут нам только само орудие. Снаряды же они прикопают неподалеку от города поблизости от береговой линии и укажут месторасположение тайника после получения своего вознаграждения.
— Обещай все что они просят, для нас главное заполучить это новое оружие!
