Махновец отстранился — Бля, а красных генералов мы еще точно ни разу не расстреливали. Ладно, шучу! Главное, чтобы он сам про свой генеральский чин молчал. Похоже экспроприация закончилась, по коням! Мы заняли монастырь в Кодрах, в сорока км от Кишинева. Долгое время вроде как этот монастырь был резиденцией митрополита Молдовы. Вокруг монастыря леса, если что прекрасное место для обороны.
Мы последовали примеру махновцев и оседлали предложенных лошадок. Минут через двадцать мы добрались до монастыря, в котором была церковь и величественный собор, в соседнем селе также стояла церковь. Обитель стоит у пруда. А еще дальше виднелись горы. В двухэтажном доме Митрополита Махно устроил свой штаб. Здание имело часы над вторым этажом. Весь двор и все постройки забиты лошадьми и махновцами. У главного въезда у ворот стоят два орудия, у которых у костра греется человек десять, при этом распивая самогон из огромной бутыли. Над воротами плакат: Анархия — мать порядка!
Федос нас проводил в здание — У меня здесь комната, в ней я вас и поселю. А завтра мы и отправимся через границу!
— Это нахрена же ты, Щусь, через границу собрался? — к нам подошел крепкий мужик, немного похожий на Котовского своей круглой наголо обритой головой.
Федос поморщился — Позвольте представить нашего начальника контрразведки Революционной повстанческой армии Украины Леву Задова! Кстати, тоже жид, но свой жид, брат анархист!
Задов выдвинулся вперед — Зиньковский Лев Николаевич! И кого же ты к нам привел, братишка? Это вот вылитый полковник! А может даже генерал! Остальные краснюки до мозга костей. Даже эти дети вовсе не дети, ты посмотри в их глаза убийц. Ты кого привел, Сеня?
Матрос открыл дверь и указал нам внутрь — Располагайтесь, я скажу своему товарищу пару слов!
Мы зашли в комнатушку, в которой стояла застеленная кровать и у маленького окна на деревянной бочке стоял пулемет Максим с заправленной лентой, смотрящий своим рылом на улицу.
А я приоткрыл дверь и подслушивал разговор Задова с другом нашего Федора.
— Федос, ты не охренел? Тащишь в штаб красных диверсантов?
— Проспись, Лева, какие нахрен диверсанты?
— А кого по твоему после уничтожения Врангеля со всем его окружением разыскивали белые по всему Крыму? Вот мои хлопцы сорвали со столба.
Щусь принял бумагу, на которой был напечатан текст — «Разыскиваются за нападение на Генеральный штаб Русской Армии красные диверсанты, каждому около двенадцати лет, могут просить милостыню, особо опасны и вооружены. Вознаграждение по двести рублей золотом за каждого!»
— И с чего ты взял, что это они?
— А вот пойдем к батьке, он тебе все и разъяснит!
Голоса удалились и я отошел от двери — Похоже пулемет придется развернуть все же к двери!
Вернувшийся Щусь мрачно махнул рукой — Вас батька к себе на разговор приглашает, не бойтесь — я вас в обиду братьям Задовым не дам! А то взяли манеру хватать и истязать! — обратив внимание на пулемет, развернутый нами, сплюнул — Я слово даю, никто вас и пальцем не тронет!
Махно был одет в полувоенный френч, перетянутый ремнями, его шевелюра придавала тридцати двухлетнему Нестору некоторое обаяние — Садитесь, гости дорогие, в ногах правды нет! — фразу эту Махно сказал на жутком суржике, но мы ее все же поняли — Значит большевики стали использовать детей для красного террора!
Федор не выдержал — Это только с виду они дети, а белых режут только кровь в разные стороны летит!
Махно кивнул — Я в курсе! И мне честно говоря досадно, что мужскую работу взвалили на детей!
Аркаша усмехнулся и Махно это задело — И что же тебя насмешило, хлопец? Ты у них командир вроде как?
Оба брата Задовых поглядывали на нас искоса, поигрывая маузерами в своих руках — Все таки я бы их пустил в расход, батька — высказался Данило, а его брат Лев пихнул его в бок — Поперек батьки не лезь, оболтус!
Махно вздохнул — С кем мне приходится работать! Обидели меня ваши товарищи! Сам Троцкий объявил меня врагом революции!
Я не сдержался — Возможно скоро Троцкого самого объявят врагом, а товарищи Задовы послужат в бывшей ЧК, которая сейчас наркомат безопасности.
Махно окинул меня взглядом — Странно, но я почему-то тебе верю! Если бы еще ваш Ленин дал моим бойцам как и белякам амнистию, то я бы с радостью вернулся назад на Украину. Жаль, что анархическая идея умрет, но я готов пойти на это. Нам нечего делать в Румынии, здесь чужая земля. Ко мне уже приезжали представители Антанты: они хотят что бы мы вместе с румынами воевали с красными после их вторжения в Польшу. Румыны пока сомневаются, все же Россия не Венгрия, в которой они покончили с Венгерской советской республикой!
