За завтраком Зодчий был задумчив, но не настолько, чтобы не участвовать в обсуждении планов на сегодняшний день. Гоблин предложил весьма оригинальный способ остеклить их дом: если на основу из декоративной мелкоячеистой решётки аккуратно уложить всевозможные кусочки разноцветного боя, в изобилии разбросанного перед Зоконом, а затем залить их природной смолой, получится неплохой витраж. За неимением других предложений все согласились, и тут же поручили Гоблину заняться творческой работой. Гоблин не возражал.
Агути по этому поводу даже пошутил:
- Если сделаешь всё красиво - переименуем тебя в Стеклодува!
- Не смешно! - огрызнулся Гоблин, впрочем, весьма миролюбиво.
Агути с Зодчим занялись камином, а Фархад отправился на мелкие работы внутрь смотровой башни.
День пролетел стремительно. Казалось, только-только разохотился на работу, а Гоблин уже всех на картошечку со сметаной и солёными грибочками приглашает.
После ужина Зодчий не стал задерживаться в столовой, а поторопился к себе в комнату, сославшись на неотложные дела: во время дневной работы где-то глубоко в подсознании мелькнула призрачная тень догадки, и Зодчий боялся упустить даже такую эфемерную возможность раскрыть тайну их спонтанного появления в Зоконе.
8.
Зодчий открыл тетрадь на той странице, где был записан рассказ недавнего гостя с Первой заставы. Именно о нём Зодчий думал весь сегодняшний день, пока руки автоматически выполняли привычную работу каменщика.
История третья - Карачун (Первая застава):
"...Карачун - механизатор широкого профиля, мог управлять любой техникой, к тому же слыл мастером на все руки. Поэтому, когда колхоз приобрёл новенький "Беларусь", в руководстве не возникло разногласий по поводу того, кому доверить трактор. Через день Карачун уже заправски орудовал рычагами, копая дренажные канавы. Работа была новой, а главное - приятной. Карачун любил трудиться в поле, особенно во время уборки зерновых. Но до страды оставалось больше месяца, а привычная работа на току и в колхозном гараже успела порядком наскучить, поэтому шутливую должность "канавокопателя" принял с радостью.
За неделю выполнил десятидневный объём работ, чем заслужил похвалу председателя и недовольное бурчание знакомых механизаторов: "Из кожи вон лезешь, чтобы выслужиться!" Карачун на подобные шпильки своих коллег по цеху внимания не обращал (тот, кто всё время "слегка под шафе" - едва ли может дать полезный совет), продолжая работать с удовольствием и даже каким-то азартом.
