Александр Найденов
Сухой остаток
рассказ
1.
Виктору Васильевичу Трофимову, опытному студийному оператору пришлось закодироваться. Такое условие ему поставили на работе, Восьмом канале городского телевидения, иначе - пообещали уволить. Виктор Васильевич был подвержен запоям, они продолжались у него по неделе, а повторялись чуть ли не каждый месяц. В первые день или два, когда он "начинал колобродить"как он сам выражался,- он появлялся с утра на телестудии молчаливый, задумчивый, сторонился людей и от него пахло для конспирации - луком, мятной жевательной резинкой или подсолнечным маслом. На записи передач Трофимов пытался все делать по-прежнему - копошился, поправляя светильники, перенастраивал тяжелые камеры на штативах, чтобы улучшить "картинку". Но обязательно случались ошибки - то он оставлял тени на лице диктора, то нарушал композицию кадра, то запинался за декорации. На упреки режиссера Виктор Васильевич не огрызался, отводил глаза в сторону, и непонятно было что он ?- стоит посмеивается, или покусывает свою седоватую бороду. Улучив момент, когда про него забывали, он исчезал бесшумно из студии, чтобы "нарисоваться" опять, но уже через несколько дней. Наконец, терпение у начальства лопнуло - и Трофимов был направлен к врачу.
Частная клиника, которую выбрал Виктор Васильевич по объявлению в газете, находилась на окраине города, занимая двухэтажное здание бывшего детского сада. Ступив на огороженную сетчатым забором территорию клиники, где за рядами влажных кустов сирени виднелись веранды, детские качели и лазилки, он осмотрелся, присел в аллее, подложив под себя полиэтиленовый кулек, на разноцветную низенькую, всю в блестящих каплях недавнего дождя, скамейку и закурил. За кустами слышались детские крики, смех, кто-то звонил в велосипедный звонок. Вскоре показался виновник этого звука - маленький мальчишка на велосипеде с приставными колесиками вывернул на аллейку и прокатил мимо Виктора Васильевича, широко расставляя голые коленки, мотая рулем, на котором он ежесекундно дергал пальцем рычажочек звонка. Трофимова удивила самоуверенная физиономия мальчугана, а между тем, велосипед его вихлял по дорожке и оставлял за собой переплетающиеся грязные линии. Так вот, с самого детства путано движемся мы по жизни... Впрочем, сейчас нужно было о другом думать. Виктор Васильевич отбросил окурок, поднялся со скамейки и с пакетом в руке зашагал к двухэтажному зданию.
За железной дверью, в фойе сходство клиники с детским садом сразу рассеялось: здесь был сделан евроремонт. Пластиковые стенные панели и офисная мебель придавали помещению строгий, нежилой вид. На громкое дребезжанье дежурного колокольчика, раскачавшегося при открывании двери, из бокового коридора в фойе вышла молодая приземистая женщина в белом халате. Она поздоровалась. Трофимов, смущаясь, объяснил ей, зачем он явился.
- Вам Константин Павлович на двенадцать назначил?- равнодушно спросила у него женщина, подходя к своему светло-серому пластиковому столу и проверяя, что у ней записано в настольной записной книжке.- Как у вас фамилия?- уточнила она.
- Трофимов.
- Совершенно верно, вы есть,- подтвердила женщина и распорядилась.Пойдемте.
Постукивая каблучками по пластиковым плиткам пола, она направилась в коридор. Сквозь тонкую ткань халата были заметны полоски лифчика у нее на спине и большой треугольник плавок на ягодицах. Женщина, словом, была как женщина,- ничего особенного, так себе. Трофимов шагал за ней следом, смотрел на мелькающие икры ее полных ног, и чувствовал себя немного обиженным оттого, что она, сама такая невзрачная, обыкновенная, нисколько не интересуется, почему он оказался здесь, словно было само собой разумеющимся, что его, Виктора Васильевича, давно уже нужно лечить, усыпить, прочистить ему мозги.
Кабинет психотерапевта, куда они вошли, на медицинский кабинет нисколько не походил. В нем не лежали в металлических ванночках на столе шприцы, молоточки, лопаточки и прочие блестящие медицинские инструменты, не было стетоскопов, фонендоскопов и тонометров, зато на столе этом помещался компьютер и на мониторе его появлялись одна за другой разные замысловатые схемы. На стенах кабинета висели дипломы в дорогих остекленных рамках.
Константин Павлович, лысоватый молодой доктор в белом халате нараспашку, встал со стула из-за компьютера и, улыбаясь, протянул Трофимову для рукопожатия свою теплую мягкую ладонь.
- Виктор Васильевич, вы бумаги еще не заполнили?- поинтересовался он у Трофимова, как только они познакомились.- Не заполнили? Не беда. Галя, два экземпляра, пожалуйста, договора,- принеси сюда в кабинет.
- Виктор Васильевич, вы ведь знаете, мы с вами говорили об этом по телефону,- перед началом курса терапии необходим перерыв в употреблении алкоголя, ну... хотя бы на неделю. Вы это условие выполнили?- вкрадчиво заговорил доктор, усаживая Трофимова в кресло и сам занимая кресло напротив него.- Вы не пили в течении этой недели?- повторил он вопрос, внимательно всматриваясь пациенту в глаза.