Стоило мне сделать шаг ей навстречу, она отпрыгнула назад и выставила огненный щит. У меня упало сердце. Я видела и чувствовала, как ей больно, но совершенно не представляла, чем можно помочь этой маленькой злой девочке. Мы с Кливом наделили ее совершенно особенной силой, но Аттиль она оказалась не нужна... Больше того, она совершенно не понимала, что с ней делать, и не получала удовольствия от обладания ею.
- Малышка, послушай... - предприняла я еще одну попытку, запихнув свою обиду, бессилие и разочарование поглубже.
- Я уже давно не малышка, и вправе сама распоряжаться своей жизнью! Но тебе-то какая разница, да?! Марисса меня контролирует, Мир - учит, Дамайа... Она просто есть... А ты, где в моей истории ты?! - рыдала злыми слезами моя дочь, каждым словом вбивая копья Бездны в мое и так сжимающееся от боли сердце. - Ты просто приезжаешь на пару дней, чтобы просто убедиться, что у тебя есть дочь! После каждого твоего приезда мне приходится заново брать под контроль себя и свою силу! Зачем ты мне мешаешь жить простой нормальной жизнью?!
Чувствуя, что сейчас либо вспыхну, либо разревусь сама, я обернулась на тихий стук входной двери. Разобрав вещи и отогнав нашу машину на стоянку, Клив вернулся и застал... это. Глубоко вздохнув, он прикрыл глаза и медленно выдохнул огнем, останавливая хлещущее во все стороны бесконтрольное пламя Аттиль.
- Искорка, позволь я, - тихо проговорил он, подойдя ко мне и приобняв за плечи. - В нашей комнате тебя ждет сюрприз...
Намек я поняла и, отвернувшись, чтобы дочь не увидела моих слез, со всех ног рванула в холл.
Конечно, это было бегство, но я и правда понятия не имела, что делать в такой ситуации! И спросить было не у кого... Ну вот почему, почему она так не похожа на меня? Зачем ей эта простая жизнь?! Нормальная... Чем, интересно, ее не устраивает жизнь высших демонов? И ведь вопрос не риторический, я бы выслушала ее... Слезы обиды и боли за дочь лились по щекам сплошным потоком.
Увидев, что Клив устроил в спальне романтичный полумрак, накрыл стол, зажег живой огонь, даже окна не забыл распахнуть, зная, как мне не хватает этого специфического запаха на поверхности, я разрыдалась уже по совсем другому поводу. Даже про сплошной полог тишины подумал - в оконных проемах едва заметно мерцало плетение огненного Дара моего любимого мужа.
Сладкое до приторности красное вино тоже оказалось моим любимым. Ну вот как у него это получается, а?! Сейчас ещё и Аттиль успокоит!.. Откуда он берет все эти правильные слова и действия? Почему у меня никогда так не получается? Очередной глоток вина ситуацию только усугубил, я разозлилась на себя, на дочь, на этого огневика... На весь мир!
Пламя свечей лизнуло потолок, хрустальная люстра вспыхнула и начала медленно плавиться, капая серебром основы на пушистый ковер и стол, сервированный к ужину. И именно в разгар моего самобичевания, дверь распахнулась и вошел Клив.
- Я поговорил с ней, все будет хоро...
- Да ничего не будет хорошо, как ты не понимаешь! - рявкнула я.
В огневика полетел бокал, ускоренный выплеском силы. Клив ловко уклонился и замер, пережидая давление ауры.
- Я даже матерью нормальной стать не смогла! Я действительно бросила ее, приезжая в Город только на выходных, но знаешь что самое страшное? - муж приподнял брови, аккуратно закрыв дверь. - Самое мерзкое в этой ситуации, что меня... Мне все это нравится! Меня устраивает быть с тобой, делать свою работу и ждать, когда она, наконец, вырастет и поймет, что она прекрасна и уникальна! Такая, какая есть...
- Искорка моя, ты самая потрясающая женщина на свете, - коварный муж добавил в голос бархатистых ноток и приблизился еще на пару шагов.
Только вот взбешенный собственным несовершенством, отчаявшийся суккуб - точно не та компания, которую стоит искать... В мага поехала кровать, на которую он на удивление ловко запрыгнул, сделал несколько шагов и спрыгнул уже в двух шагах от меня.
- Нет! Я ненавижу себя, - всхлипнула я, уткнувшись в ладони. - Как вообще понять, делаю я что-то из любви или для собственного удобства?!
- Попробуй проговорить это вслух и добавить: "Так им и надо"!
Он поймал меня, крепко прижав к груди, несмотря на то, что попытавшись вырваться, я неплохо приложила его рогом в правую скулу. Его нежный поцелуй в основание рога стал последней каплей. Злость схлынула, и я разрыдалась так же отчаянно, как полчаса назад плакала моя дочь. Возможно, впервые в жизни мне было так плохо. Мой собственный мир катился в Бездну, а я ничего не могла этому противопоставить... И уж точно ни разу за безднову прорву лет я не была такой открытой и беззащитной...
- Клив, - бормотала я, уткнувшись ему в плечо, периодически бодая в подбородок. - Я не смогла... Я не справилась... Ты вон какой, а я... Прости, что я... Еще и такая размазня... Я соберусь...
Он осторожно подвел меня к единственному уцелевшему креслу, опустился в него сам и притянул меня на колени. В демонической форме я была почти с него ростом, но огневика это никогда не смущало.
