Ката обводила взглядом выстроенных рядами девиц с плохо скрываемым отвращением. С ее точки зрения они все были похожими, но Ката понимала, что Мерцающая Принцесса должна относиться к своим обязанностям со всей серьезностью. Сдвинув брови и стараясь избавиться от навязчивого ощущения того, что что-то идет не так, Ката всеми силами делала вид, что решает очень важные вопросы... Эту выбрать? Или нет — другую?
И тут вдруг в коридоре послышался дикий крик, а потом кто-то громко забарабанил в дверь. Девицы завизжали.
— Сефита! Сатима! — заметалась по комнате мать-Мадана.
— Что такое? Что? — Визирь Хасем настолько увлекся собственными раздумьями, что не сразу понял, что произошло и из-за чего такой переполох. Он не успел окликнуть Кату — та уже бросилась в сторону и исчезла за углом.
Она узнала этот голос. Она была в этом уверена.
Ката опрометью бросилась по коридору.
Все время, пока мать-Мадана демонстрировала калифу и визирю девиц, Кату не покидало ощущение подступающего Зла. Каким-то шестым чувством она осознавала шорохи и шипение, доносящиеся изо рва, где кишели кобры. И вот теперь Зло обрело средоточие. Ката подбежала к двери, за которой слышались крики. Кто-то бился в дверь изнутри. Но дверь была заперта, а из замочной скважины торчал ключ.
Ката повернула ключ.
Дверь приоткрылась только на мгновение. Ката успела увидеть пролет лестницы, поднимающейся с нижнего этажа. По лестнице бегом бежали мускулистые рабы, девицы в роскошных платьях и разъяренный цирюльник, размахивающий бритвой. К дверному косяку прижался обнаженный юноша.
Он развернулся и попал в объятия Каты.
— Раджал!!!
Ката быстро вытащила его в коридор, захлопнула дверь. Ее следовало бы поскорее запереть на ключ, но Ката проворно распахнула ее настежь и встала в полный рост перед ордой слуг и девиц.
— О, Благословенная! — выдохнул цирюльник и выронил бритву.
— О, Благословенная! — вскричали хором девоюноши и рабы.
Все дружно упали на колени.
Ката снова захлопнула дверь.
— Принцесса, где ты? — послышался окрик из-за угла. Это был визирь, он искал Кату, но впереди него бежали Сефита и Сатима, напуганные начавшимся переполохом. Они были уже почти совсем рядом. Ката в ужасе огляделась по сторонам.
Кладовая!
— Радж, сюда, скорее!
— Принцесса! — вскричала Сефита, протиснувшись в проем закрывающейся двери.
— Принцесса! — вскричала протиснувшаяся следом за Сефитой Сатима.
Ката, предмет их поклонения, посмотрела на них и не удержалась от вздоха. Девицы выпучили глаза от изумления.
— Я ведь вас уже видела как-то раз? — проговорила Ката и проворно стукнула девиц головами друг о дружку.
Затем Ката повернулась спиной к двери. Она лихорадочно размышляла. Пусть она не до конца понимала, что произошло, одно ей было ясно: Раджалу грозила смертельная опасность. Ката скользнула взглядом по лежавшим на полу без чувств девицам. По росту и телосложению на Раджала больше походила Сефита.
— Радж! Переодевайся в ее платье — скорее!
Раджал застонал.
— О нет, только не это!
— Радж, переодевайся, тебе говорят!
— Но откуда... откуда ты знаешь меня? — задыхаясь, проговорил юноша, когда они с Катой принялись торопливо раздевать девицу. — Это... это кристалл? Принцесса, ты должна... Должна вернуть его мне!
Ката покачала головой.
— Радж, я — Ката. Просто я выгляжу как... Ой, нет времени объяснять!
— Принцесса! Принцесса! — снова послышался где-то рядом голос визиря.
— Принцесса?
Дверь со стуком распахнулась, и Мерцающая Принцесса встала на пороге. Ее чадра порвалась, она зарделась и тяжело дышала, но ее красота от этого стала еще более ослепительной. Одной рукой принцесса поддерживала еще не пришедшую в себя Сефиту. Ей помогала стеснительная Сатима — эта стояла, понурившись и потупив очи долу.
— Принцесса? — снова произнес визирь и нахмурил брови. Он намеревался выяснить причину сумятицы в коридоре, но вдруг передумал и забыл обо всем. Он протянул руку и... дерзко преступив правила... провел кончиками пальцев по руке принцессы. Его словно током ударило. Это правда! Это оказалось правдой! Все так и было! На миг визирь возликовал, но его радость тут же сменилась страхом. Что-то тут было не так — очень и очень не так.
Он пристально заглянул в глаза принцессы, а та вдруг сердито проговорила:
— Что ты так смотришь, а? Я выбирала себе спутниц, не так ли? А теперь оставь меня. Я отведу этих девушек в свои покои!
— Амулеты!
— Иконы!
— Браслеты!
— Кольца!
Толпа так тесно запрудила площадь, что для торговцев с лотков почти не осталось места. Но это не имело значения: все равно к ним со всех сторон тянулись смуглые руки и совали торговцам монетку за монеткой в обмен на дешевые побрякушки, второпях изготовленные к великому дню.
— Песенники!
— Шербет!
— Палочки-талисманы!
— Джарвел!
