Султан презрительно указал на распростершегося на полу учителя и жарко, взволнованно зашептал:
— Позволь, я расскажу тебе всю правду о кристалле. Разве можно было доверить нечто столь драгоценное, столь могущественное глупым и вечно ссорящимся между собой имамам? Самая мысль о таком была бы нестерпима богам! О нет! Подлинными хранителями кристалла были люди устрашающей силы и высочайшей чести. Эти люди были отличны от простолюдинов из племени Терона — отличны даже от нас с тобой, Деа. Шло время, и впоследствии немногие решились бы утверждать, что эти люди — одной крови с ними, но сами они никогда не забывали о том, что они — хранители святыни своего народа. И как могли они забыть об этом, если оберегали драгоценный кристалл?
Но они знали о том, что нельзя позволить, чтобы к кристаллу прикоснулись грубые руки богохульников. Нелегкий это был труд, когда дети Терона сначала затеяли войну, а потом были наказаны изгнанием и уходили все дальше и дальше от Долины Орока. Разделяя все тяготы изгнания с простыми смертными, хранители кристалла унесли свою драгоценную ношу в суровые края Запада и дали клятву сберечь ее в неприкосновенности — и в тайне — до самого окончания Эпохи Искупления.
Глядя на кристалл, Деа чуть было не впал в забытье. Он медленно проговорил:
— Государь, но ведь тогда получается, что... что хранители кристалла — это... это уабины!
Впереди Деа ждали новые неожиданности. Султан решительно шагнул к сыну и отнял у него кристалл. Принц вздрогнул, лишившись удивительной драгоценности.
— Уабины! — разгневанно вскричал его отец. — Глупый мальчишка! Ты так же легковерен, как самый грязный крестьянин из тех, что обитают на песчаных пустошах Запада, как бедняк с постоялого двора, в волосах у которого кишат вши! Ты мой сын! Ты мой наследник! Неужели даже в тебе есть эта рабская тупость, эта вялость ума, из-за которой зараза неверия некогда напала на рыбаков на острове Вакос? Ведь эти люди в один день забыли о вере отцов, когда море выбросило на их берег лодку какого-то уабина, и он, захлебываясь блевотиной, наболтал им с три короба лжи! Глупец! Ложь — это то, о чем я тебе только что рассказывал. Разве уабины могут принадлежать к нашему роду, да еще и быть выше нас! Разве у Рашида Амр Рукра кровь может быть чище моей? Разве грязные лапы этого зловонного пса смеют прикоснуться к священному Кристаллу Терона?!
Разглагольствуя таким образом, султан нервно покачивался, переступая с носка на пятку. Сердце Деа тревожно билось, он качал головой в такт с движениями отца и не отводил глаз от кристалла, зажатого в руке султана. Потом, по прошествии времени, мальчику будет казаться, что все происходящее было странной шуткой, затеянной на потеху придворным. Как могли уабины быть хранителями кристалла, когда кристалл сейчас находился здесь, в руке отца? Но с другой стороны — как кристалл мог сейчас находиться здесь? Это было очень, очень странно, но у Деа уже не осталось сил мучаться сомнениями. Он только дико вскрикнул, когда отец неожиданно размахнулся и бросил кристалл на пол.
Камень разбился вдребезги.
— Подделка!
— Государь? — весь дрожа, вымолвил Деа.
— Никчемная, ничего не стоящая подделка, изготовленная руками какого-то хитрого уабина! На протяжении многих эпициклов это изворотливое племя упражнялось в искусстве хитрости и шарлатанства и распространяло по нашему царству свои фальшивые драгоценности. Дитя мое, видишь ли ты теперь, что уабинское Зло поистине не ведает преград?
Султан поддел мыском туфли рассыпавшиеся по ковру осколки.
— Это — только один из поддельных кристаллов, который мои лазутчики раздобыли в горах Кардоса. Да, он был прекрасен, и, без сомнения, еще более прекрасен тот камень, который уабины теперь богохульно называют Кристаллом Терона. Стоит ли дивиться тому, что сторонники уабинов множатся, что их влияние распространяется и растет? Чего они не могут добиться силой — того добиваются ложью и шарлатанством.
Султан схватил сына за плечи.
