В понедельник я шел на работу. Два дня мне понадобились для отдыха от слишком бурного начала новой жизни. Что можно сказать о ночи, проведенной двумя людьми не первой молодости, с опытом потерь, и запрограммированным одиночеством? Только что, что главным в этой ночи было получение простой радости. Ира выпила много вина и стала бесстыдно-искренней. Она, то вычерпывала меня до дна, то превращалась в покорную робкую девочку, то плакала, уткнувшись мне в грудь. Я вылил на нее весь запас накопившейся нежности. Желание тел отодвинулась вглубь сознания – нам было просто хорошо ощущать тепло друг друга. Во сне у нее стало милое домашнее лицо. Я даже по инстинкту, оставшемуся от времен семейной жизни, приготовил ей завтрак. Завтракали мы молча. Наступал финал этой одноактной пьесы. Мы знали, что пересечения наших линий жизни в личном пространстве больше не произойдет. Конечно, был обмен номерами телефонов и традиционные слова: «Конечно, позвоню». Ира вызвала такси. После этого я вернулся в постель. Она не пахла ни ее духами, ни ее телом. Не было волоса на подушке – никаких символов прошедшей ночи, которые обязательно вставляют в свои романы писатели средней руки. Ничего не было.
И все-таки сейчас, двигаясь к офису, я невольно смотрел на женщин, ростом и одеждой похожих на Иру.
В городе похолодало. Внезапную оттепель прогнал северо-западный ветер. Сейчас он качал провода. У мусорных баков, переполнившихся за выходные дни, сгрудились голуби. Группы людей уплотнялись у дверей подскакивающих маршруток. Южане убрали лотки с фруктами внутрь павильонов.
Полчаса хватило для заполнения анкет и договора в отделе кадров. Федорович позаботился, и в бухгалтерии мне выдали некоторую сумму подъемных. Я пошел привыкать к рабочему месту.
Кабинет был свежий, светлый и прохладный. Сейчас тут возились два парня из отдела АСУ. Они поставили мне компьютер, подключили его к сети, принеси принтер и бесперебойник.
– У нас тут свет иногда вырубают. Внезапно. Гарик уже ругался с энергетиками. Что-то они там накосячили при подключении, – объяснил системный администратор Юрка. Он был худ и желт лицом. Цвет кожи и ее состояние выдавали какое-то заболевание, явно печени. Потом завхоз, или, как принято сейчас называть эту должность – менеджер по снабжению, в три захода притащил пачки бумаг, настольный прибор, канцелярские мелочи, папки, и зачем-то большущее зеркало. От него я отказался. Я не люблю зеркал. Я давно от них отвык. Сисадмин вручил мне пароли от сайта империи Гарика. Я начал определять порядок действий.
В первую неделю постоянно заходил Федорович. Теперь он был одет уже не так официально. Однажды на нем был спортивный костюм. Федорович был доволен. На сайте обновились все разделы, заработала виртуальная служба заказов столиков. Я предложили еще создать сервис доставки блюд на дом.
– А вот это хорошо! Я сам думал уже об этом. Ты программистам дай задание, что бы они мануал сделали простой и понятный.
Больше всего Федоровичу понравился новый раздел, куда я помещал самые заметные местные новости.
– Слушай! А если подумать – мы и Город.ру сможем порвать? – замахнулся мой начальник на самый крутой портал Читы.
– Не сможем. У нас тематика другая. Контент тематический, заданный. Да и зачем соперничать с мощным информационным агентством? Это штат, дополнительные расходы, реклама.
– Ну да, ну да, – согласился Федорович. – Нам с тобой надо начинать думать насчет проекта «Еда в Чите». Ты мне составь свое видение, скинь на почту. Недели хватит?
– Конечно.
Федорович поинтересовался, почему я не хожу на обед в ресторан.
– Все же за счет заведения. По условиям контракта.
Я сослался на специальную диету. Я не мог сказать Федоровичу, что не люблю ресторанной еды, и запахов. На обед я приносил с собой салаты и сыр. Вместе с двумя – тремя чашками кофе мне хватало этого рациона. А перерыв я тратил на знакомство с центром города. Меня интересовало все – люди, здания. содержимое магазинов. Я не страдал потребительской истерией – мне просто было интересно – насколько я отстал в информационном плане от среднестатистического жителя этого города. Мишку за неделю я видел только раз – он зашел ко мне, посмотрел, как я устроился, и убежал. Я думал, что он обиделся на тот самый вечер, когда я отказался от «продолжения банкета». Но Мишка никогда на такое не обижался. Просто я еще не представлял, насколько он загружен работой, и какой ценой ему дается его приличная зарплата. Зарабатывал он раза в три больше меня.
Я привык к дороге на работу. Я изучил все ее детали. Я знал, из какой подворотни выкатится черная хищная малина с буквами ВОР на номере. Я знал, что за углом сейчас скребет метлой азиат в старинной шапочке – «петушке» с надписью ADIDAS. Я вспомнил, что такие шапочки были безумно популярны в начале 80-годов прошлого века. Их беззастенчиво вязали на местной трикотажной фабрике – о правах на торговые марки тогда никто не знал. Шапочки выпускались в двух цветовых комбинациях: сине-бело-красные, и черно-бело-красные. Синий вариант почему-то считался престижным.
