На ступеньках крыльца Джоэл остановился. Дом теперь гудел и пульсировал жизнью, которая всегда трепещет вокруг смерти, как защитная завеса листвы, и в горле у Джоэла забилось глухое рыдание.
«Он был волшебником. Он сотворял чудо, к чему бы ни прикоснулся, – подумал он. – Он преобразил даже эту маленькую статисточку и сделал из нее подлинное произведение искусства».
Потом:
«Как будет не хватать его в этой пустыне… Уже не хватает!»
И потом, не без горечи:
«Я-то вернусь… я вернусь».
