— Хуже некуда, — согласился Этуотер.
— Бедняга, — присовокупила Сьюзан.
— Что бы вы хотели заказать? — спросил ее Этуотер.
— Все что угодно.
— Все что угодно?
— Ну да, все что угодно.
Этуотер сделал заказ. Официант сказал:
— Это блюдо готовится двадцать пять минут.
— У меня впереди вся жизнь, — отозвался Этуотер.
Официант ушел, покачав головой.
— Чем вы занимаетесь? — спросила Сьюзан.
— Работаю в музее.
— Можно как-нибудь придти к вам в музей?
— Дайте заранее знать, и я покажу вам кое-какие экспонаты, которые закрыты для публики.
— Это мило?
— Да, некоторые весьма любопытны.
— С удовольствием бы их посмотрела.
— Приходите.
— Позвоню как-нибудь утром.
— Известите меня за час до прихода. Некоторые экспонаты придется разворачивать.
Пока ждали мясо и вино, говорили мало, время при этом тянулось не так уж долго. Ресторан тем временем заполнялся. Высокая, дородная дама, хозяйка квартиры, где была вечеринка, вошла в сопровождении нескольких мужчин с усами и в белых галстуках. Ей было под сорок; статная, хорошо одетая, она, однако, могла бы и похудеть. Войдя, она улыбнулась Сьюзан. Этуотер слышал, как официант сказал сидящей за соседним столиком паре:
— Напрасно вы жалуетесь. Фрукты очень хорошие — просто сейчас не сезон.
Сьюзан наполнила свой бокал и сказала:
— А вы славный. Приезжайте как-нибудь ко мне. Я живу бог знает где, с отцом. Он вам понравится.
— Расскажите мне про него.
— Рассказывать особенно нечего. Забавный коротышка с усиками. Похож на моржа.
— Чем он занимается?
— Он неудачник.
— Неудачник в чем?
— Сейчас уже ни в чем, — сказала Сьюзан. — Неудачник на пенсии. Вы обязательно должны с ним познакомиться.
— Почту за честь.
К их столику нетвердой походкой подошел Вочоп. Шел он медленно, как бы ощупывая ногами пол. Сел, сложил руки на столе и сказал, обращаясь к Этуотеру:
— И как вам Сьюзан?
— Я читал про вас в сегодняшней вечерней газете, — сказал Этуотер.
Вочоп провел рукой по волосам.
— Вы не поверите, — сказал он. — Вы не поверите, сколь обременительна слава для человека моего склада. Как это тяжело переносить! Вы даже представить себе не можете, как тяжело!
— Надеюсь, вы пришли в себя после балканского ликерчика.
Вочоп лишь отмахнулся — его любимый жест.
— Ну-с, красавица, — сказал он, поворачиваясь к Сьюзан, — и когда же вы собираетесь опять мне позировать?
— А когда вам удобно?
— Может, на следующей неделе?
— Ради Бога.
— Как насчет четверга?
— Давайте.
— В четверг, стало быть.
— В обычное время, — сказала Сьюзан. — Если не будет получаться, я вам позвоню.
Вочоп встал и низко поклонился. Он выпил слишком много рейнвейна. Они видели, как он, хоть и не без труда, добрался до своего столика, сел и обнял сидевших по обе стороны от него девиц. В этом положении он мог беспрепятственно раскачиваться на стуле.
— Мы должны договориться, когда вы придете в музей, — сказал Этуотер.
— А когда вам было бы удобно?
Официант принес мясо.
В дверях появились Харриет Твайнинг и Артур Гослинг.
— Ты так долго искал бумажник, — говорила Харриет, — что я подумала, уж не хочешь ли ты, чтобы за такси заплатила я.
Она была в вечернем платье, и вид у нее был совершенно счастливый. Увидев Сьюзан, она сказала:
— Привет, дорогая. Какой на вас прелестный костюмчик.
— Харриет, как ты мила!
— Дорогая, ты великолепна!
— Как дела, Сьюзан? — спросил Гослинг, молодой, совершенно лысый, сильно смахивающий на загнанную гончую человек в двубортном смокинге. Вид у него был куда менее счастливый, чем у Харриет.
— Ты бы как-нибудь позвонила, — сказал он. — А то мы уже тысячу лет не виделись.
— Позвоню.
— Пошли, — сказала Харриет. — Увидимся, милочка.
Она скорчила гримаску и прошла вместе с Гослингом к своему столику. Этуотер видел, как Вочоп встал и направился к ним.
— Вы ведь друг Андершафта, не так ли? — спросила Сьюзан.
— А вы его знаете?
— Да, мы были знакомы. Говорят, белых женщин для него больше не существует.
— Он в Нью-Йорке.
— Надо бы туда съездить.
— Я возьму вас с собой.
В ресторан в своей смешной маленькой шляпе и с незажженной трубкой во рту вошел Барлоу.
— Кто-то мне говорил, что сегодня здесь будет Джулия, — сказал он, поздоровавшись с Сьюзан и Этуотером. — Вероятно, ошиблись.
— Я ее не видел.
— Неважно. Я просто решил зайти посмотреть, здесь ли она. Только и всего.
— Может, она придет позже.
— Что ж, зайду еще раз, коли так, — сказал Барлоу и удалился.
Они приступили к еде. Мясо было отменным.
Этуотер краем глаза наблюдал за Сьюзан. Маленькие белые ручки, красные ноготки, на запястье красивый браслет. Она сняла шляпу и повесила ее на вешалку за своим стулом. Теперь, когда он сидел рядом с ней, ему было легче поверить в ее существование. В полумраке ресторана она казалась более реальной, чем обычно, и, хотя она по-прежнему была непохожа на всех остальных, сегодня в ней было меньше потусторонности, эфемерности.
— Можем взять еще одну бутылку этого вина, — сказал Этуотер.
— Вы и в самом деле покажете мне ваши секретные экспонаты?
— Конечно.
Он закурил и сказал:
— Как жаль, что мы не встретились раньше.
— Теперь придется наверстывать упущенное.
— Вы так прелестны.
Она ему улыбнулась.
