Я добежала до окна на носочках. Безумно быстро и тихо. Малфой даже немного встрепенулся, когда я юркнула ему под руку и встала между подоконником и серовато-зелёным свитером.
— А ты везде тако-о-й… трус? — задумчиво протянула я, вновь играясь с огнём.
Даже бровь выгнула, чтобы показать серьёзность вопроса. Вот только ни слова в ответ не получила. Парень нагло схватил меня за талию и, с лёгкостью приподняв над полом, посадил меня на край узкого подоконника. Если бы не его ладони на моих коленях, то я бы соскользнула вниз ещё на первых секундах.
Нагло он смял бархатистую кожу и взглянул на меня. От таких искр, что были в его глазах, улыбка на моём лице дрогнула, а тело сковала неуверенность и дикое желание продолжить балаган. Вот только, как назло, я не могла выжать из себя ни звука! Поэтому, криво усмехнувшись, я приподняла ноги и сама стянула с себя часть нижнего белья.
Ягодицы тут же покрылись россыпью мурашек, а клитор маняще запульсировал. А от мысли, что за стенами спали ученики, всё внутри приятно перевернулось.
— А ты вдруг осмелела, — неуверенно усмехнулся парень и нарочито медленно стал пробираться под мою юбку ладонями.
Чувствовала, как следом за собой она тащит шлейф из ощутимых ожогов и царапин. Ссадины не будут видны на моём теле, но всё равно таю надежду, что на утро обнаружу хотя бы крохотный синяк где-то возле бёдер.
Слизеринец остановился там, где должны были начинаться трусики. Провёл пальцами по выдуманной линии и хитро сощурился, будто проверял реальность происходящего.
— Я привыкла доводить всё до конца.
И не соврала. Да и уйди я сейчас прочь, сама себя бы не смогла потом простить за трусость. Поэтому не став ждать ответную издёвку, я наклонилась к Драко и рухнула на его губы своими. Поцелуй вышел рваным и до жути настоящим. Мы захлёбывались им, мы делили его! И каждый не хотел уступать другому даже сотую часть опасной связи… Не подключали языки, без них страсть выливалась через края и затекала под ткани одежды и белья. Хотелось снять тряпки, откинуть их в угол, но слишком опасно, ведь никто не отменял ночной обход преподавателями! Поэтому я лишь задрала повыше юбку и попятилась ближе.
Не услышала звука молнии или резинки. Зато приятно вскрикнула, ощутив, как медленно он вводит в меня член. Входит аккуратно, а сам с приоткрытым ртом наблюдает за тем, с каким упоением я закатываю глаза и запрокидываю от удовольствия голову. Тихо я вскрикнула:
— Ещё, прошу!..
На ощупь я нашла его шею и потянула Драко на себя. Заранее откинула локоны за спину и оголила шею, поэтому стоило мне указать ему место, тот без лишних вопросов припал к коже.
Он посасывал её, размеренно входя в меня. А когда пах его упёрся в мой, слизеринец намеренно сильно закусил небольшой участок шеи и потянул его на себя. Я чуть не обронила стон, который услышала бы половина крыла. Зато после этой адской пытки, он принялся раскачиваться тазом, держась за края подоконника пальцами.
Скользил во мне уверенно, усердно впиваясь в деревянный борт моего сидения. До скрипа сжимал поверхность и нашёптывал мне на ухо сладкие колкости. Бред, но… только сейчас до меня дошло, что все наши стычки — затянувшаяся прелюдия.
Я обхватила его ногами за таз. А перекрестив стопы на его пояснице, стала подталкивать Драко к себе, учащая тем самым толчки. Поэтому из плавных движений, они быстро превратились в смесь нескольких стихий.
Мурашки так и норовили захватить тело, каждый раз, когда он задерживался во мне на долю секунды и давал насладиться размером органа. Я же специально пыталась сомкнуть ноги, чтобы растянуть момент, ведь меня неимоверно как возбуждало его присутствие во мне. А пульсация члена… я затряслась только от одной мысли, что Малфой может кончить мне на лицо.
Тот холод, что подобрался ко мне во время прерванных ласк пальцами, окатил тело прохладной волной. Сшиб с ног и не дал возможности вздохнуть. Все лёгкие забиты, горло перекрыто… Поэтому я могла лишь беззвучно пытаться поймать ртом воздух и наблюдать за тем, как мой злейший враг спускал струйку спермы мне на колени.
Оба пытались отдышаться, оба были растеряны и не могли дать точную оценку тому, что произошло между нами минутами ранее. Сможем ли мы дальше изображать эту поддельную ненависть на людях? Или наши отношения переросли во что-то новое?..