— Интересно, как? — спрашивает Лена. Она смотрит на меня, прищурившись и склонив голову набок: — Как ты себе это представляешь? «Давай, Ангели-ка, отстанем от эскадрильи в облачности и уклонимся от боя». Так, что ли?
— Нет, конечно! Здесь надо подумать…
— А что тут думать?! Не будешь же ты ей говорить, что-де сейчас вон там должен пройти «В-29» с атомной бомбой на борту и неплохо было бы нам его сбить.
— Это, конечно, не пойдет, — соглашаюсь я. — Но она как ведомый пойдет за мной в любом случае…
— А вдруг не пойдет, — возражает Генрих. — Это маловероятно. Ты будешь отрываться от эскадрильи в облачности, она может просто потерять тебя и уйти за остальными тем же курсом, и ты выйдешь на «Суперкрепость» один.
— А какая разница, что один, что с ней? — киваю я в сторону Лены. — Какая мне от нее польза будет?
Лена опять взрывается:
— Как какая польза?! Да я хотя бы из двенадцати стволов шесть на себя отвлеку! Все тебе легче работать будет.
— Элен права, — выходит, наконец, из транса Магистр.
Он отрывается от мрачного созерцания Ангелики, встает и начинает мерить шагами комнату:
— Решение принято. В Ангелику будем внедрять Элен. Ну, а чтобы она там была не просто мишенью для стрелков «Суперкрепости», сделаем так…
Он садится за пульт и набирает код. На экране появляется рыженькая Нэнси.
— Нэнси! Возьми все данные на Ангелику Кранц и готовь Элен к внедрению. Особое внимание обрати на перенос из Матрицы Ангелики навыков ведения воздушного боя, она — летчик-истребитель.
— Понятно. Когда внедрение?
— Этой ночью.
Нэнси, помолчав немного, смущенно говорит:
— Магистр, я не успею. Это слишком большой объем информации.
— А когда сможешь успеть?
— Где-то к утру, часов в семь.
— Ричард?
— В семь утра они уже будут в воздухе.
— Стой, стой! Как это, в воздухе? Ведь «Суперкрепость» появится в двенадцать!
— Они уйдут на патрулирование побережья, вернутся через час, а дальше… Сейчас посмотрим.
— Посмотри внимательно. Надо изыскать возможность внедрить Элен в Ангелику между восьмью и одиннадцатью. Не будет же эта фрейлейн все время на виду. Может быть, в туалет пойдет или еще куда…
— Не хватало еще мне начинать работу в фазе, свалившись с унитаза! — бурчит недовольно Лена.
— Хроноагент должен уметь начинать работу, даже выбираясь из выгребной ямы, — назидательно говорит Магистр.
— Вот сам и внедряйся в эту яму, а с меня и Лабиринта хватит!
— Ничего не получается, — прерывает их полемику Ричард. — До самого вылета она ни разу не остается одна.
— Тогда ищи, когда она будет с кем-нибудь с одним. Надо выбрать момент, когда на нее не смотрят. Если увидят, что она на несколько секунд вырубилась, а это неизбежно, ее отстранят от полета, и все. Зачем тогда все наши придумки?
Ричард кивает и перенастраивает программу-искатель.
— Вот она разговаривает с командиром эскадрильи… не пойдет… Вот она дает указания технику… тоже не годится. Вот она занимается, извините, любовью…
— Я же говорила, что она — секс-бомба, точнее, шлюха. У нее это на морде написано, — ворчит Лена и тут же обращается к Андрею. — Ну как, Андрюша, ты больше не будешь рваться поработать в образе Ангелики?
Тот только машет рукой и тяжелым взглядом созерцает сцену «крутой эротики», разыгрывающуюся на дисплее. А Магистр неожиданно говорит:
— А что? Момент подходящий! Как ты на это смотришь, Элен? Я, конечно, не настаиваю, но…
Лена смотрит на него, как Ленин на буржуазию, тяжело вздыхает и грустным голосом спрашивает Ричарда:
— С кем хоть она там?
— По-моему, с Куртом Вольфсдорфом. Да, это он.
Лена улыбается и смотрит на меня:
— Что-то тебе слишком везет на эти дела, друг мой. Деваться некуда, будем внедряться в этот момент. Вряд ли подвернется что лучше.
— Ну, тогда — за работу! — подводит итог Магистр. — Только вот кому поручить Андрэ?
— Я сама его подготовлю и внедрю. Ведь мне внедряться только завтра утром.
С этими словами Лена увлекает меня в Нуль-Т. Подготовка не заняла много времени. Матрица Курта Вольфсдорфа считывалась и анализировалась в автоматическом режиме со вчерашнего дня. В восьмом часу вечера Лена уже заканчивает мою «мнемоническую накачку», и я с облегчением снимаю ужасный шлем.
— Вот и все, дорогой Курт Вольфсдорф, ты готов к работе, — говорит Лена, пока я творю на синтезаторе кофе. — Как головка?
— Гудит, — признаюсь я. — Помнится, ты говорила, что к этому легко привыкают.
— Я сказала, что это первые пятнадцать раз тяжело, а потом наступает привыкание, как у наркомана, — смеется Лена, принимая чашку кофе.
Я смотрю на ее длинные, красивые ноги в серебристых туфельках на высочайшей шпильке и задумчиво пью кофе. Лена ловит мой взгляд и улыбается:
— Что, сравниваешь меня с Ангеликой? Нечего сравнивать, я — лучше.
Она подходит к компьютеру и вызывает Магистра:
— Магистр, мы готовы, — докладывает она.
— Вы-то да, а вот клиент ваш еще нет. Он в настоящий момент сидит с Ангеликой в офицерском казино и угощает ее коньяком, — говорит Магистр.
— Что ж, — отвечаю я, — будем ждать.
