— Сейчас это внедренный агент, — поясняет Ричард, — но есть все данные за то, что в ближайшее время она будет заменена прямым агентом.
— Откуда эти данные? — интересуется Андрей. — У нас что, уже установили прямой канал наблюдения за штаб-квартирой ЧВП?
— Увы, нет, — виновато улыбается Ричард. — Просто речь идет о том, что держать королеву под постоянным контролем — дело хлопотное. А поскольку у ЧВП в эту фазу есть прямой переход, то вывод напрашивается сам собой. Тем более что ЧВП уже уверен в успехе операции.
На мониторе возникает портрет мужчины средних, лет. Массивная нижняя челюсть, черные усы над тонкогубым ртом, нос с горбинкой, угольно-черные глаза под мохнатыми бровями, прямые черные волосы. На правой щеке шрам, от виска до подбородка.
— Это — крун Дулон, — говорит Ричард. — На турнире он уверенно идет к финалу без поражений. Как вы понимаете, он — внедренный агент ЧВП. В случае победы, а она сомнений не вызывает, он изберет Лину.
На экране проходят сцены турнирных боев. Соперники Дулона вылетают из седла, как пробки из бутылок, а он, несокрушимый и тяжелый, как скала, в своих вороненых пластинчатых доспехах, на таком же могучем черном коне, уверенно скачет от победы к победе. После каждого боя он подъезжает к ложе, где сидит Лина, и кланяется.
Я обращаю внимание, что на щите Дулона, над его гербом, изображен такой же ромб с глазом и черными молниями, как и у Синего Флинна.
Толпа восторженно приветствует победителя, и многие, в том числе и король Рене, статный мужчина лет сорока, смотрят на Лину уже как на будущую королеву.
— Вряд ли мы смогли бы помешать осуществлению этих замыслов ЧВП, если бы не одно обстоятельство. Дело в том, что в турнире участвует наш старый знакомый — сэр Хэнк. Этот рыцарь тоже идет к финалу без поражений, но таких зрительских симпатий не завоевал, так как он не рекламирует свою потенциальную избранницу, хотя по красоте она не уступает Лине.
На мониторе появляется портрет юной золотоволосой красавицы. Не берусь ее описывать, она — просто красавица. Увидеть такую — и умереть! Особенно вонзаются в душу ее синие глазищи…
Все невольно вздыхают, а Ричард говорит:
— Невзирая на столь богатые внешние данные, вряд ли король Рене одобрит выбор сэра Хэнка. Это Яла, она — нагила.
Я весело смеюсь, но, увидев, что общество за исключением Ричарда не оценило юмора ситуации, поясняю:
— Нагилам заказана плотская любовь, и они приносят обет безбрачия.
— Ты забыл уточнить, что запрет на плотскую любовь у нагил имеет исключения, — ехидно вставляет Лена.
— Не в этом суть, Леночка, — сквозь смех с трудом выговаривает Андрей, — вряд ли король Рене сможет стать таким исключением.
Ричард пережидает, пока уляжется вспышка веселья и продолжает:
— К сожалению, избрание Ялы в качестве Королевы Турнира относится скорее к разряду гипотез. Победа сэра Хэнка над круном Дулоном, даже если Хэнк дойдет до финала, более чем проблематична. Полагаю, вы знаете почему. Крун Дулон и сам по себе в этой фазе имеет славу непобедимого, а уж усиленный спецподготовкой агента ЧВП, он — вне конкуренции.
Я вспоминаю старого Лока и медленно, тихо говорю:
— Всегда и всюду на каждого непобедимого находился свой победитель.
В наступившей после слов Ричарда тишине моя фраза произвела впечатление. Какое-то время хранится молчание, затем начинает говорить Стремберг:
— Задача ясна. Предлагаю тоже поохотиться на «зайцев»: сорвем планы ЧВП и с помощью святого Мога попробуем перекрыть доступ в эту фазу прямым агентам ЧВП. Андрей уже имеет опыт работы в образе рыцаря Хэнка. Как ты считаешь, сможешь сделать этого вояку?
— Постараюсь.
— Постараться мало, надо сделать. Ты понял? Надо приложить все свои таланты и бойцовские качества. Это крепкий орешек!
— Понял, постараюсь приложить…
— Оставь его в покое, Арно! — вмешивается Магистр. — Он никогда тебе не скажет: «Я это сделаю». Зато всегда сделает все как надо и даже чуть более того. За эту часть операции я спокоен. Считай, что Дулон уже валяется на песке ристалища, а Хэнк возлагает Венец Королевы Турнира на головку прелестной Ялы. Меня больше беспокоит дальнейшее.
— Что именно? — интересуюсь я.
— Во-первых, — отвечает Стремберг, — агенты ЧВП так просто не сдадутся, даже если Дулон и потерпит поражение на турнире. Рыцарь-победитель должен, по традиции, сопроводить избранницу в Красную Башню и там представить ее святому Могу. Вот здесь могут быть осложнения. Если турнир происходит на глазах сотен людей и рыцари бьются не насмерть, специальным турнирным оружием, то у врат Башни ночью никто не помешает Дулону и Лине убрать Хэнка и Ялу и заменить их собою. Нужна подстраховка. Ричард, покажи, пожалуйста, Ургана.
Ричард набирает код, и на мониторе появляется рослый тридцатилетний мужчина: светловолосый, голубоглазый, с русой бородой. Широкие плечи и могучий торс обтягивает выцветшая зеленая куртка с золотыми застежками.
— Это Урган, — говорит Ричард, — своего рода Робин Гуд этой фазы. Они с рыцарем Хэнком хорошо знакомы. Здесь, на турнире, Урган набирает смельчаков для войны с нежитью в Синем Лесу.
