Однако, после прочтения первых строк мысли о еде спешно покинули мою голову, я двумя руками вцепился в пергамент.
Письмо оказалось из дворца. Половина пергамента была исписана ровным, размеренным почерком. Это была сухая информация о покинутом поселении, каких-то изменениях в передвижении мятежников, каком-то капкане душ, что надлежало уничтожить, о карте на обратной стороне письма.
Но на этом официальный текст заканчивался, и далее шло приписанное рукой самого короля. Коряво и очень эмоционально приписанное.
Вильгельм XII требовал, чтобы Сирис ни в коем случае не отправлялся на задание без десятка хорошо подготовленных нелюдей, так как количество и уровень мятежников намного превышает первоначально предполагаемый. Ещё было что-то про какого-то Лероса, который не оставлял сомнений в своей причастности, но мне уже было не до этого.
Получается, мой Наставник и Ати пошли на верную смерть? И из-за того, что у них нет этой дурацкой бумажки, они могут не вернуться?..
Письмо с хрустом смялось в моём кулаке, решение пришло практически мгновенно.
Торопливо перелив оставшуюся кровь в свою флягу и на ходу натягивая одежду, я выбежал из дома и направился к конюшням.
Слава богам, когда я, запыхавшись и с трудом выговаривая свою просьбу, ввалился в красно-коричневый домик, Роксвел не стал задавать лишних вопросов, а просто вывел самого быстрого коня, серого в яблоках.
Скороговоркой попрощавшись и засунув под рубашку письмо, я вскочил в кожаное седло и пришпорил лошадь, внутренне радуясь, что у меня хватило ума взять уроки верховой езды.
Конь нёс меня в верном направлении, ветер трепал волосы, но это не могло заставить воображение прекратить подсовывать мне настойчиво отгоняемые картины.
Лошадь оказалось невероятно выносливой и начала переходить на рысь только ближе к рассвету, иногда выгибая шею и одаривая весьма красноречивым взглядом с немым вопросом о конце гонки. Мне и самому приходилось торопливо осматриваться в надежде найти хоть какое-то укрытие, потому что небо постепенно, но чудовищно быстро начинало светлеть, селя в груди животный ужас.
До ближайшего поселения мне не успеть до первых лучей, да и я так спешил, что совершено не взял с собой денег.
Но мне несказанно повезло. На небольшом взгорке, вдалеке от основного поселения, высился старый двухэтажный дом. Вместе с поросшим бурьяном участком и хозяйничающим по стенам плющом это был идеальный заброшенный особняк.
Оставив серого коня привязанным возле огромной кучи старого хвороста, я с солнцем на перегонки устремился ко входу в дом, но как только захлопнул с трудом открытую дверь и уже решил перевести дух, ощутил гулкий удар по голове.
Невнятно простонав, я, ухватившись за многострадальный череп, медленно сполз на пол.
- Думал, вот так придёшь, а я тут на блюдечке?! - немного истерично закричал на меня женский голос.
- Простите, я, мне казалось, это заброшенный дом, - не спеша отнимать рук, произнёс я, ощущая дребезжащий звон в ушах.
- Ты мне зубы не заговаривай! - отозвалась она, судя по всему, занося только что стукнувшее меня орудие. - Только попробуй шевельнуться, я не стану аккуратничать.
- Как будто в первый раз было мягко, - пробормотал я.
- А ты проверь!
Способность соображать медленно, но верно всё-таки возвращалась ко мне. Через несколько минут мне удалось поднять глаза на ярого защитника этих развалин. Им оказалась решительно настроенная невысокая светло-русая девушка с серо-голубыми глазами в ночной сорочке почти до пола, украшенной оборками.
- Приятно познакомиться, - сглотнул я. Нападавшая, вопреки моим ожиданиям, оказалась весьма привлекательной. Нервно сжатые губки, изящный носик и глаза, выражавшие готовность драться до смерти.
- Только попробуй молнии пустить, - воззрилась девушка на меня, выше занося своё оружие, кажется, это была сковородка. - Я тут тоже времени зря не теряла!
- Зачем мне молнии пускать? - удивлённо спросил я.
- А вот это тебе лучше знать! Разбойник чёртов!
- Дамочка, честное слово, не было ни малейшего желания нарушать Ваш покой, - немного нечётко отозвался я, меня уже начало раздражать происходящее. - Сказал же, что считал этот дом заброшенным.
- Как же, - зло усмехнулась она. - Зачем тогда напал?
- Единственная, кто здесь нападает, это Вы, - отозвался я, осторожно убирая руки от головы и рассматривая пальцы, испачканные кровью.
«Неужели повредил флягу? - лениво проплыло в голове. - Сначала форма, теперь это...»
Но мои вялые рассуждения прервал низкий звон грохнувшейся на пол чугунной сковородки.
Недоумённо подняв голову, я увидел испуганное лицо светловолосой девушки.
- Не двигайся, я сейчас! - скороговоркой выпалила она и куда-то убежала.
«Странная какая-то» - усмехнулся я.
В голове всё ещё гудело, перед глазами плыл туман, я, смежив веки, привалился к двери. Спустя мгновение послышался топот, и через секунду передо мной опустились на колени, держа в руках какую-то холодную мокрую тряпку, которую незамедлительно пристроили мне на голову.
- Двигаться можешь? - обеспокоено спросили меня.
- Больше не подозреваешь? - улыбнулся я.
