Я молчал, кусал губы. Что ж… все-таки я пару раз ей нагрубил. И получил достойный ответ.
— Бери, не бойся, — повторила Арина. — Баба-Яга — она хоть и злая, а добрым молодцам помогает.
Да что я, собственно говоря?
— Лучше бы волкулаков сдала, — беря гребень, сказал я. — Я принимаю твой подарок лишь как посредник, и этот дар не накладывает ни на кого никаких обещаний.
— Стреляный воробей, — хмыкнула Арина. — А волки… извини. Сами поймаете, знаю. Но сдавать не стану. Кстати… книжку можешь взять. На время. Для проверки. Есть ведь у тебя такое право?
И только теперь я сообразил, что до сих пор держу в левой руке злосчастный «Фуаран — вымысел или правда?»
— Для экспертизы, на время, в рамках своих прав дозорного, — мрачно сказал я.
Все-таки бабка крутила мной, как хотела! И будь ее желание — я только дома заметил бы ненароком прихваченную книжку. А она имела бы полное право обратиться в Дозоры с жалобой — на кражу ценной «диковины».
Когда я вышел из дома, то увидел, что уже наступила непроглядная ночь. И мне предстоит шарахаться по лесу не меньше чем два-три часа.
Но едва я сошел с крыльца, как впереди загорелся призрачный голубой огонек. Я вздохнул, покосился на домик, где ярким электрическим светом горели окна. Арина меня провожать не вышла. Огонек призывно танцевал в воздухе.
Я пошел за ним.
И через пять минут услышал ленивое побрехивание собак. А еще через десять — вышел к околице. Самым обидным было то, что все это время я не чувствовал ни малейших следов магии.
Машина в сарае уже обрела прежний вид. Однако садиться за руль и проверять, работает ли многострадальный дизель, побывавший в руках русских механизаторов, я не рискнул. Тихонько прошел в дом, прислушался — теща в своей комнатенке уже спада, а в нашей слабо горел ночник.
Я отворил дверь, вошел.
— Все прошло удачно? — спросила Светлана. Впрочем, вопросительной интонации в ее голосе было едва-едва. Она все прекрасно чувствовала и без слов.
— Более-менее, — кивнул я. Посмотрел на кроватку Надюшки — дочка крепко спала. — Оборотней не нашел. С ведьмой поговорил.
— Рассказывай, — сказала Светлана. Она сидела на кровати в одной ночнушке, рядом лежал толстый тоник «Мумми-троллей». То ли Наде читала — ей сейчас все равно, что перед сном слушать, хоть учебник сопромата, лишь бы маминым голосом. То ли сама решила отдохнуть перед сном с доброй книжкой.
Я сбросил туфли, разделся, сел рядом. И стал рассказывать.
Несколько раз Светлана хмурилась. Несколько раз улыбалась. А когда я повторил слова ведьмы о тон, что меня «жена заколдовала», Светлана даже растерялась:
— Да нет же! — совершенно беспомощно воскликнула она. — Спроси Гесера… он любое мое заклятие увидит… у меня и мыслей таких никогда не было!
— Я знаю, — успокоил я ее. — Ведьма призналась, что соврала.
— Хотя нет, мысли были, — вдруг усмехнулась Светлана. — Куда от мыслей-то деваться… но это так, сдуру, ничего серьезного. Это мы с Ольгой мужиков обсуждали… давно уже…
— Скучаешь по Дозору? — не удержался я.
— Скучаю, — призналась Светлана. — Давай не будем об этом… Антон, а ты молодец! На третий слой Сумрака вышел?
Я кивнул.
— Первая категория… — неуверенно сказала Светлана.
— Выше головы не прыгнешь, — возразил я. — Вторая. Честная вторая. Мой потолок. И об этом мы тоже говорить не будем, ладно?
— Давай лучше о ведьме, — улыбнулась Светлана. — Значит, в спячку впадала? Я слышала о таком, но все-таки редкость огромная. Можешь статью написать.
— Куда? В газету «Аргументы и факты»? Найдена ведьма, шестьдесят шесть лет проспавшая в подмосковном лесу?
— В информационную рассылку Ночного Дозора, — предложила Светлана. — А вообще, надо бы выпускать свою газету. Для людей там должен быть другой текст… все, что угодно. Что-нибудь узкоспециальное. «Вестник русского аквариума», к примеру. Как разводить цихлид и устраивать в квартире проточный аквариум.
— Откуда такие знания? — удивился я. И осекся. Вспомнил, что ее первый муж, которого я не видел-то никогда, был заядлым аквариумистом.
— Да так, вспомнилось, — поморщилась Светлана. — А любой, даже слабенький Иной, должен видеть настоящий текст.
— Я уже придумал первый заголовок, — сказал я. — «За передовую магию». С буквой «н» в слове «передовую».
Мы улыбнулись вместе.
— Покажи тот артефакт, — попросила Светлана. Дотянувшись до одежды, я достал завернутый в носовой платок гребень. Признался:
— Я в нем никакой магии не вижу.
Светлана некоторое время держала гребень в руках.
— Ну? — спросил я. — Что надо сделать? Бросить за спину, и там вырастет лес?
— Ты ничего и не должен увидеть, — с улыбкой сказала Светлана. — И дело не в Силе, посмеялась над тобой ведьма. Возможно, даже Гесер ничего не увидит… это не для мужчин.
Она поднесла гребень к волосам, стала плавно расчесываться. Небрежно сказала:
— Вот представь… лето, жара, усталость, ночь не спал, весь день работал… А потом — выкупался в прохладной воде, тебе сделали массаж, ты вкусно поел и выпил бокал хорошего вина. И тебе стало хорошо…
— Улучшает самочувствие? — понял я. — Снимает усталость?
