В этом не было ничего необычного, Брайли часто засыпала в одну секунду, иногда даже сидя.
– И как будто бы услышала чей-то голос. Этот голос сказал, что я как раз вовремя. И сразу после этого я оказалась посреди поля. Ночь, на небе столько звезд… Не счесть… Это было как… космос. Некоторые падали.
Взгляд Брайли стал отстраненным, она начала раскачиваться взад-вперед. Таисия, чтобы как-то успокоить сестру, погладила ее по спине.
– Вдалеке увидела город, – тихо бормотала Брайли. – Весь в огнях. И было что-то еще. Совсем рядом. Человеческий силуэт. Юноша, думаю, примерно моего возраста. Сейчас трудно сказать, обычно во сне я все вижу четко, а в этот раз все было размыто. Худой, как будто его голодом морили. И он что-то за собой тащил. Это было… мертвое тело. А потом он меня заметил.
Таисия с тревогой смотрела на сестру и пыталась решить: не рассказать ли об этом сне матери? Может, Брайли лучше снова начать принимать снотворное?
– Он спросил меня, кто я такая, и сказал, что мне нельзя там быть. Подошел ко мне. Я попятилась. – Все это Брайли рассказывала уже с закрытыми глазами. – И тут я увидела, что́ у него за спиной. Груда тел. Огромная груда мертвых тел с переплетенными руками и ногами. Он толкнул меня, я упала и проснулась.
Брайли открыла глаза, и взгляд ее немного прояснился.
– Но я, перед тем как упала, еще кое-что увидела. Что-то совсем рядом с той горой мертвых тел. Статуя. Я думаю… Таисия, я думаю, это была статуя, которая пропала из университета.
– В смысле?
– Статуя архитектора. Она ведь пропала. Сайя мне рассказывала. – Брайли как будто бы стало тяжелее дышать, и речь ее сделалась невнятной. – Совсем не понимаю, что все это значит.
Таисия тоже не понимала, а она всегда злилась, сталкиваясь с загадкой без шансов найти ответ.
Мягко подтолкнув Брайли, Таисия уложила ее на кровать, убрала с лица сестры пряди волос. Сомнус уютно устроился на подушке.
– Мама пытается тебе помочь, – сквозь наваливающийся сон пробормотала Брайли. – Позволь нам помочь. Не будь как Данте.
Таисии будто раскаленный кинжал в грудь воткнули.
Она хотела рассказать сестре, что теперь владеет силой и это прекрасно. И теперь в ее власти сделать то, что всем другим всегда казалось невозможным.
Но вместо этого она сказала:
– Би, доверься мне. Прошу, ты должна мне верить.
Брайли вздохнула, что-то еще бессвязно пролепетала и заснула.
Таисия с Данте родились, что называется, «с когтями и клыками», а Брайли от рождения была наделена чувствительностью, которой были лишены ее брат и сестра. И Таисия любила сестру за это, но после того, что случилось с Данте, все изменилось.
Боги, как она по нему скучала!
Таисия представила, как ее брат сидит в темнице в Стеле Смерти. Ночью мерзнет, днем задыхается от жары. Его не кормят?! Бьют?!
Поборов подступивший к горлу комок, Таисия выскользнула из своей комнаты.
День клонился к вечеру, в эту пору в Нексусе всегда было людно. Облака плыли по небу, то и дело закрывая собой солнце. Тени вокруг Таисии удлинялись, у нее подергивались пальцы, а Умбра выпускала любопытные усики.
Таисия чувствовала, что после использования костей астралама в ней произошла какая-то перемена. Появились осознанность и знание, вновь проснувшийся голод… но она не была уверена, что это отвечает ее желаниям.
В памяти всплыло лицо Джулиана. Ужас и шок. Восхищение.
Глубоко вдохнув, Таисия отогнала воспоминания. Нельзя, словно цепи, волочить за собой воспоминания. Что сделано, то сделано, надо идти вперед, идти и не останавливаться.
Таисия вошла в тихий, по сравнению с другими, огороженный район города. Стражники у ворот ее сразу узнали и пропустили, но она заметила, что одна стражница с подозрением оглядела простую одежду наследницы дома Ластрайдеров. Такой наряд не вполне соответствовал этому району Нексуса с его бульварами, особняками с балконами из кованого черного железа и широкими эркерами с декоративной лепниной.
Дом тети Таисии зарос диким плющом, цветы в вазонах за окнами выглядели заброшенными. Соседи не скрывали своего неодобрения, некоторые даже набирались наглости присылать Камилле письма с рекомендациями нанять садовника или предлагали одолжить своего: он такой одаренный, что благодаря его мастерству кусты у них стали точь-в-точь похожи на слонов.
Камилла такие письма отправляла прямиком в мусорную корзину и сопровождала это примерно такими словами: «Люди перестали ценить природную красоту, которая совсем не нуждается в их вмешательстве».
Таисия постучала в дверь особняка и подождала, пока лакей не впустил ее в дом.
Тетю она нашла в гостиной. Камилла, босая и с распущенными волосами, полулежала на кушетке и читала книгу, держа в руке бокал хереса.
– Позволь я только дочитаю главу, – не поднимая глаз, сказала тетя.
Таисия налила себе хереса и бухнулась в любимое зеленое кресло. Вся гостиная была оформлена в зеленых и золотых тонах, а благодаря массивному зеркалу над камином создавалось впечатление, что комната гораздо просторнее, чем была на самом деле.
