Он собирался было что-то ответить, как вдруг Джессика удивленно охнула, остановившись возле одной из полок. Обернувшись на нее, парень нахмурился. Ему и так нелегко давался этот диалог, зачем было так явно проявлять свои эмоции?
— Это твои родители? — Джессика любовно сняла рамку с полки и с улыбкой взглянула на снимок.
Эбби ловко спрыгнула со стола и остановилась рядом с девушкой.
— Ага.
Все еще недовольный тем, что их прервали, Харпер двинулся в их сторону. Взглянув на снимок через плечо Джессики, он обомлел.
— Невозможно… — выдохнул он и нервно рассмеялся. — Невозможно!
— Что такое? — Уэбб нахмурилась. Ей явно не нравилось, что при взгляде на погибших родителей, Харпер зашелся странным истеричным смехом.
— Да это же мои лучшие друзья! — воскликнул парень. — Джесс, ты взгляни!
Со снимка на них смотрела семейная пара. Без тени сомнения, женщина со снимка — повзрослевшая Хаббл. Волосы убраны в тугой пучок на макушке, на носу красуются очки-половинки. Взгляд такой же пронзительный и серьезный, как у его подруги из Сумеречного приюта. А рядом…
— Твоего папу звали Ник? — спросила Джессика.
— А как вы узнали? — Эбби взглянула на снимок, словно ища какие-то подписи.
— Харпер, я сейчас упаду.
Парень сам был готов рухнуть. Хаббл со снимка обнимал за плечи высокий широкоплечий мужчина с густыми темными волосами и невероятно добрыми серыми глазами. Даже если отбросить в сторону то, что металлическая внешность их Дровосека отличалась, Харпер все равно узнал в улыбке мужчины своего лучшего друга. Это определенно были Николас и Хаббл. Родители маленькой гениальной Уэбб, помогавшей своей маме поддерживать разлом в совершенно ином мире.
— Так вы их знаете? — Эбби уже не скрывала своего нетерпения.
— Хаббл — это сердце и душа Сумеречного приюта, источник энергии, который поддерживает фазовый сдвиг. Уверен, что твою маму звали так же.
— Не может быть! — Девочка поморгала, словно пытаясь проанализировать настолько удачное стечение обстоятельств.
— Да, она даже выглядит точно так же. Только наша Хаббл слегка более дерзкая, потому что еще молодая. — Харпер приобнял Эбби за плечи. — Твой папа из Сумеречного приюта тоже немного отличается от варианта на снимке, но, поверь мне, он очень добрый.
— Можно сказать, что мы знаем их до твоего рождения, — добавила Джессика.
— До моего рождения? — переспросила девочка. — У них еще нет меня?
— К сожалению, ты вряд ли когда-нибудь у них появишься, — грустно сказала девушка. — Твой папа из Сумеречного приюта попал в руки плохих людей, сделавших из него железного голема.
— Правда? — Уэбб похлопала глазами. — Но он все такой же?
— Немного переживает, что больше не состоит из плоти и крови. — Харпер пожал плечами. — Но, в целом, это самый добрый человек из всех, что я знаю.
Он готов был ликовать от радости — безысходность в глазах Эбби сменялась восторгом и любопытством. Она разглядывала снимок родителей, очевидно представляя, как бы они выглядели в Сумеречном приюте.
— А вы уверены, что они мои родители? — спросила Уэбб.
— У тебя папины глаза. — Джессика погладила ее по голове. — Цвета грозы.
— Мама всегда говорила, что я больше похожа на папу. — Эбби прикрыла глаза. — Если бы вы только знали, как мне их не хватает. Словно часть моей души навсегда вырвана. И сейчас, слушая вас, я будто снова слышу, как папа называет меня золотцем, а мама целует в макушку перед сном.
Джессика не выдержала и расплакалась. Вздрагивая от рыданий, она уткнулась в плечо Харпера, и тот осторожно погладил ее по спине. Он и сам не знал, как все еще на залил весь пол слезами. Наверное, надежда девочки передалась ему самому. Теперь он просто обязан забрать Эбби в Сумеречный приют из этого ужасного города, наводненного смертью и разложением.
— Ты ведь будешь рада с ними познакомиться? — спросил Харпер.
— Что, если я им не понравлюсь? — Девочка грустно посмотрела на снимок. — Ведь в вашем фазовом сдвиге я еще не родилась. И, возможно, стану лишним звеном.
— Я не стану врать, они будут в шоке. Но, поверь, они тебя обязательно полюбят.
Эбби просияла. У нее появился самый настоящий осязаемый шанс вернуться к маме и папе.
Серые глаза цвета грозы. Уверенная осанка. Она словно была сплетена из самых ярких черт его лучших друзей. Словно была самой знакомой из всех, кто только мог переступить порог Сумеречного приюта.
И она была той, кто больше всех нуждался во втором шансе, который мог подарить их дом.
— О, Господи-и-и… — Джессика с трудом отклеилась от плеча Харпера и подняла голову, громко всхлипнув. — Прости, малышка, я не сдержалась. На моей памяти хэппи-энды встречались только в ромкомах. Я вообще не ожидала, что мы пойдем за припасами и встретим дочку Хаббл и Ника. Боже, прости, меня просто переполняет…
Девочка шагнула вперед и, точно так же, как всегда делал Ник, крепко прижалась к Джессике, обнимая ее своими худенькими ручками. По-философски спокойно. Уверенно и очень нежно.