Принялся Иван все звуки объяснять да сказку на ночь сочинять, себя убаюкивать и зло отгонять. Не нечисть в окна стучалась, а только ветер бушевал. Не чудища в дом скреблись, а мыши пробегали. Не Лихо Одноглазое ревела в ночи, а медведь добычу отыскал. А даже если и были то жители Нави, не стали бы они нападать на Ваню. Нет в том толку, коль дорогу он им не переступал и беду не навлекал. Успокоился мальчишка и крепко уснул, покуда солнечный луч за нос не куснул.
Рассветные лучи все тревоги в сердце убаюкали, остатки кошмаров развеяли, будто и не было ничего ночью. Осторожно вышел из избушки Иван и огляделся, дом обошёл, следы разглядывал, но не смог ничего отыскать. Вздохнул Ванюша облегчённо: приснилось всё значит, и только порадовался мальчик, как замер в ужасе. Откуда ни возьмись появился возле порога мужчина. Волосы тёмные, глаза чёрные и злые, наряды смоляные, в руках худых и бледных посох резной — колдун, не иначе. Испугался Иван, попятился, понял, кто ночью стучался, и бежать захотел, да заговорил вдруг гость страшный:
— Ну здравствуй, молодец ясный, далёко ли собрался? — тишина. — Чего молчишь-то? Немым не сказывайся, речи твои ловкие и обманчивые слыхал. Так что отвечай давай. Ну!
— Путь мой далёкий и близкий, чрез лес проходит. В дом, что родным сказывался, да теперь и он чужим кажется, — вспомнил Ваня поступок брата, и тут же тоскливо на душе стало.
Подошёл поближе незнакомец к дитю и с высоты роста могучего на него посмотрел, точно в душу заглядывал. Не дрогнул Ванюша, не испугался и выдержал взор тяжкий.
— Кто научил тебя травы понимать? — спросил колдун, разглядывая поясок Ивана, на коем мешочки висели. Запах от них сложно спутать было.
— Батюшка и матушка.
— Знахари, значит? — кивнул мальчишка, очевидное не отрицал.
Хоть и боязно было рядом с колдуном стоять, но любопытство сильнее оказалось, а потому спросил, покуда не передумал:
— Зачем вы в дом ломились? Почему не зашли? Неужто зверобой такой силой обладает?
Посмотрел на него внимательно колдун, о чём-то своём размышляя, и изрёк наконец:
— Любое средство в руках умельца способно стать настоящим оружием против всякого, кто вреда желает, — медленно проговорил он. — Что до остальных вопросов, то отвечу кратко: я искал здесь одного ворожея. Страшный человек он, дел много натворил, и пришёл ему черёд за преступления свои расплачиваться.
Сглотнул слишком шумно Ванюша, усмешку колдуна вызывая.
— Ну-ну, не бойся. Я сюда явился правду отыскать, а наткнулся на руны и заклятия с травами. Для меня это мало что значит, но ты отпор посмел мне дать. А это большая редкость, потому и заходить не стал. Решил, что утра дождусь и на храбреца-богатыря погляжу, да обманулся и на голос лживый повёлся. Кто научил тебя так молвить обманчиво?
— Никто. Оно само вышло, ну иль травы помогли, морок сотворили.
Кивнул колдун и посох в руках вертеть принялся, о своём размышляя. А Ивана в это время любопытство съедало: интересно ему было, кто пред ним стоял и отчего он на живых так не похож был.
— Прежде чем спросить, подумай, что с ответом делать будешь, — прочитал мысли колдун, заставляя мальчика стушеваться. — Я отвечу на твой вопрос, но прежде скажи мне, как ты тут оказался?
Рассказал тогда Ванюша, как завлёк его сюда брат родной, а потом обманул подло и оставил здесь на ночь.
— Ты теперь наверняка мести желаешь? — елейно спросил колдун, прямо в глаза мальчика глядя.
— Нет, — чуть помедлив, ответил Иван. — Я сам виноват, что таким наивным оказался. Однако не желаю я Юре ни зла, ни боли. Он мне брат как-никак.
Дрогнули губы колдуна в улыбке мимолётной: видел он ясно все мысли мальчика, а потому в искренности не сомневался ни минуты.
— Что ж, похвально, — кивнул колдун. — Заслужил ты правду обо мне знать. Звать меня Кощеем Бессмертным, я чернокнижник и хранитель Нави.
Изумлённо мальчишка на Кощея взглянул, и душа точно в пятки ушла — как же сразу не признал! Перед ним стоял самый страшный и опасный колдун, о коих молва по Земле ходила. Помнил он все сказки матушки про Кощея и гнев его дикий, способный всякого неугодно на месте тут же погубить. Никто не знал, откуда такой властелин тёмный взялся, но мрачные сказания о нём быстро разлетелись после битвы с чудищами. Вот и оброс Кощей Бессмертной славой, о коей и мыслить не смел.
— Вот что, Ваня, — пуще испугался мальчик, ведь имя-то не называл он. — Я всё про всех знаю, нечего тут удивляться, — небрежно пояснил колдун. — Много лет тому назад предсказано мне было великой Мораной, что найду в Яви ученика себе, равных которому ни в одном ином мире не сыщу. А ежель ты голову поднимешь и по сторонам посмотришь, то стаю воронов приметишь — то знак воли самой Хозяйки Зимы, — огляделся Ванюша и с дюжину птиц увидел: правду молвил Кощей. — А раз так, то я готов исполнить волю судьбы. Что скажешь на предложение моё?
Загорелись глазки восторгом: мечтал о таком Иван давно, ведь ученье отца ему открылось сполна, а здесь новая сила манила. Однако ж о родителях вспомнил и тут же понуро спросил:
— Какова же будет цена?
