Сумерки полностью

Трагические последствия для РККА имел февральско-мар- товский (1937 г.) пленум ЦК ВКП(б). В докладах Сталина, Молотова, Кагановича, в принятых на пленуме резолюциях был сформулирован курс на физическое истребление всех, кого режим мог посчитать своими потенциальными противниками. Органы НКВД начали массовые аресты командиров и политработников Красной Армии, добиваясь от них показаний о якобы существовавшей в армии подпольной троцкистской организации, возглавляемой Тухачевским, Якиром, Корком, Эйдеманом.

За многими из них еще с середины 20-х годов велось агентурное наблюдение. Уже в те годы от арестованных требовали показаний, компрометирующих Тухачевского, Якира и других высших военачальников. Не сразу, но следователям удалось «выколотить» показания о том, что Тухачевский считает положение в стране тяжелым и выжидает благоприятной обстановки для захвата власти и установления военной диктатуры. Эти «показания» были доложены Сталину. В письме от

24 сентября 1930 года он пишет Орджоникидзе:

«Здравствуй, Серго! Прочти-ка поскорее показания Каку- рина-Троицкого и подумай о мерах ликвидации этого неприятного дела…О нем знает Молотов, я, а теперь будешь знать и ты… Стало быть, Тух-ский оказался в плену у антисоветских элементов и был сугубо обработан тоже антисоветскими элементами из рядов правых. Так выходит по материалам. Возможно ли это? Конечно, возможно, раз оно не исключено. Видимо, правые готовы идти даже на военную диктатуру… Покончить с этим делом обычным порядком (немедленный арест и пр.) нельзя. Нужно хорошенько обдумать это дело… Поговори обо всем этом с Молотовым, когда будешь в Москве».

Сталин и Ворошилов провели очные ставки между Тухачевским и лицами, которые давали на него показания, а также беседы с Гамарником, Якиром и Дубовым, которые выразили недоверие к показаниям Какурина и Троицкого. Фамилия Тухачевского была на этот раз изъята из могильного списка. Но фальсификаторов из спецслужб это решение задело за живое. Они догадывались, что Сталин хочет избавиться от Тухачевского, они же вместе потерпели жестокое поражение под Варшавой во время гражданской войны. Небожителю земные свидетели не нужны. Агентурная разработка Тухачевского и других стала еще активнее. К ней подключили и зарубежную разведку. Была организована сложнейшая многоходовая операция.

В начале 20-х годов ОГПУ, проводя агентурные мероприятия за границей по борьбе с белой эмиграцией («Трест», «Синдикат-4» и др.), распространяло легенды о наличии в СССР контрреволюционных монархических организаций, в состав которых будто бы входили многие бывшие офицеры царской армии, в том числе Тухачевский, С. Каменев, Лебедев и другие. Обратная связь сработала. Легенда понравилась западным спецслужбам. Они решили «помочь» советскому руководству обезглавить армию. Сначала к делу подключилась немецкая разведка. Из Германии начала поступать агентурная информация о наличии в Советском Союзе «Военной партии», захватившей крупные посты в армии и готовящей переворот и устранение Сталина. Сообщались также различные сведения о Тухачевском, Блюхере, С. Каменеве, Буденном и других. В начале 1937 года подобные сведения начали поступать к советским агентам и по линии разведывательных служб Франции, Японии, Эстонии, Польши.

Тем временем в апреле — мае 1937 года от заместителя наркома НКВД Прокофьева, начальника особого отдела Гая, заместителя начальника оперативного отдела Воловича, бывшего начальника ПВО Медведева выбили показания о том, что Тухачевский, Якир, Уборевич, Корк, Эйдеман, Фельдман и некоторые другие участвуют в военном заговоре.

Настойчивость советской и иностранных разведок сработала. 10 мая 1937 года Тухачевский и Якир были освобождены от занимаемых ими постов. Вскоре они, а также Корк, Фельдман, Эйдеман и Уборевич были арестованы. Началась масштабная фальсификация дела о военно-фашистском заговоре. Прибегая к обману, шантажу, избиениям, следователи добились от Путны, Фельдмана, Корка, Примакова, а затем и от Тухачевского, Эйдемана, Якира и Уборевича признаний в государственных преступлениях. Они оговорили большую группу видных военных и политических работников армии.