Сумерки полностью

«Ты уже многое пережил, Вартанил. Уверен, ты предпочтешь остаться здесь, найти друзей и родных и прийти в себя после всех испытаний».

«Я начал уважать не только Замару, но и терранов, которых Хранитель сочла достойными сопровождать ее, – сказал Вартанил. – Я принес много зла под влиянием Улрезажа, нашего врага. Я был его орудием. Послужив сейчас правому делу, я смог бы искупить свою вину. Иерарх… я дал Розмари слово, что не оставлю ее, пока Джейкоб и Замара не окажутся спасены. Ты же не хочешь, чтобы я нарушил клятву?»

Артанис растерялся и взглянул на Селендис. На мгновение оба тамплиера оставались неподвижны, и Розмари поняла, что между ними происходит приватный разговор. В конце концов, Артанис кивнул.

«Хорошо. Ты получишь возможность искупить свою вину. Само желание подобного говорит в твою пользу. Но ты должен поклясться в подчинении вершителю. Твоя привязанность к терранам не должна превзойти преданности протоссам».

Вартанил поднялся на ноги, выпрямившись во весь рост. Его глаза сияли. Розмари подумала, что сейчас он выглядит ничуть не менее величественным, как и любой из тамплиеров, что ей попадались.

«Они не противоречат друг другу. Ты увидишь. Служение одному служит другому. Но – да, иерарх, я клянусь».

«Тогда идите. Поторопитесь. Вершитель Селендис, пока твоя группа отправляется на Элну к Алис-арил, остальные исследуют другие миры. Мы подготовимся к прибытию Хранителя».

Селендис низко, с уважением поклонилась.

«Будет сделано. Эн таро Тассадар, иерарх».

«Эн таро Тассадар, вершитель».

«И да поможет нам небо», – добавила Розмари. Им пригодится любая помощь.

Джейк жевал очередной фрукт и с тоской думал о стейке. Он вздохнул, когда осознал, что думает с тоской даже о сухих пайках.

– Когда мы вернемся к Зератулу? – спросил он.

– Мы не вернемся…

– Что? Что ты имеешь в виду?

– Он либо придет к нам сам, либо мы уйдем. Мы уже оттолкнули его так далеко, как только могли.

Джейк прикусил нижнюю губу.

– Я зашел слишком далеко, да?

– Поначалу и я подумала так. Но, возможно, ему требовалось именно это. Бремя, что несет Зератул, гораздо тяжелее чувства вины от ужасного вреда, который он нанес тем, кого стремился защитить. Ему необходимо сострадание, да. Но мы не можем позволить себе роскошь провести с ним дни или месяцы, чтобы исцелить эту боль. Он должен принять решение примкнуть к нам, или же мы поспешим дальше.

– Поспешим дальше куда?

Замара не ответила. Ее несгибаемая воля была готова вот-вот сломаться и превратиться в отчаяние. Это встревожило и испугало Джейка, и очень сильно. Ему хотелось как-то поддержать, успокоить Замару, но он не знал, как. Ведь Замара всегда была непоколебимой, как скала, и ставки куда выше, чем просто его жизнь.

– Замара, но он не единственный темный тамплиер.

– Мы не можем попасть на Шакурас. Он – единственный темный тамплиер, который, как мне известно, находится не на той планете.

– Но… разве… протоссы не разбросаны по множеству миров?

– Протоссы Айура… Это не те протоссы, которых когда-то изгнали оттуда. Темные тамплиеры, насколько мне известно, всегда держались вместе. Я ведаю лишь о двух источниках помощи. Один закрыт для меня при помощи технологии, другой – по его собственному выбору.

– Тогда нам нужно идти. Хотя бы куда-то. Выбирать логичные возможности, затем исключать варианты один за другим.

Послышался печальный, полный боли смех.

– Джейкоб, существуют буквально сотни миров. И каждый из них огромен.

– Иголка в стоге сена, – пробормотал Джейк. – Я понимаю.

Замара передала в ответ совершенную озадаченность, и Джейк пояснил сравнение. Затем доел фрукт и выбросил кожуру с косточкой в небольшой водоем. На мгновение зарылся лицом в ладони.