Сумерки полностью

«Надеюсь, все пройдет как надо», – подумал Джейк, и в следующее мгновение вошел в узкую комнату.

Он, Криткал, Селендис, Моэндар, Разтурул, Розмари и Вартанил еле разместились в тесном помещении, а когда пришли еще двое алисаар, то уже возникла толчея. Джейк посмотрел на небольшой отполированный алтарь в центре комнаты, высеченный из того же камня, что и весь храм. Каменная столешница выглядела не такой уж и комфортной.

Криткал обернулся к группе сопровождения.

«Чем меньше зрителей тут будет, тем лучше. Нам потребуется предельная концентрация».

Селендис наклонила голову:

«В таком случае, мы будем ждать снаружи».

– Нет, – возразила Розмари.

Селендис обернулась к ней с легким раздражением.

«Ты хочешь стать помехой в столь тонком деле?»

– Я… Разумеется, нет. Но я подумала, что могла бы помочь.

Джейк почти непроизвольно сжал руку Розмари. Та испуганно взглянула на него, и он почувствовал, как девушка отступила на шаг.

– Останься со мной.

Глаза Розмари слегка расширились, когда Джейк телепатически сказал это, вложив в слова все свои чувства к ней. Розмари улыбнулась уголками губ и кивнула. Джейк испытал отчаянное желание прочесть ее мысли – точно узнать, что она почувствовала, когда он позволил ей узнать свои. Но предпринимать ничего не стал. Обещание есть обещание.

Селендис смотрела на них обоих.

«Возможно, твое присутствие пойдет на пользу, – позволила она. – Если оно укрепит дух Джейка. – Она повернулась к профессору. – Я более чем уверена, что нас ждет успех, Джейкоб Джефферсон Рэмзи. Я с нетерпением жду, когда мы сможем поговорить вновь».

Он кивнул. Взгляд Селендис изменился, и Джейк понял, что она говорит с Замарой. Коротко и резко кивнув, Селендис ушла. Вартанил задержался.

– Можешь идти, – сказала Розмари. – И с ним, и с Замарой все будет хорошо.

И, словно она действительно предсказала будущее, Вартанил низко поклонился и тоже вышел. Моэндар ничего не сказал Джейку, но тот знал, что старый протосс обменялся несколькими словами с Хранителем.

Дверь тихо закрылась за ними. Джейк, Розмари, Криткал и двое его помощников остались одни в маленькой комнате. Джейк посмотрел на плоский алтарь, и неожиданно по спине прошла дрожь.

– Это напоминает мне то, что мы видели в подземельях, – передал он Замаре.

– Я знаю. Но между тем, что делал Улрезаж, и тем, что должно случиться с нами, – бездонная пропасть.

– Мы уверены в этом? Улрезаж все-таки был одним из них. А они – темные тамплиеры… Может быть, этот Криткал втайне ненавидит Хранителей, потому что вы по своей природе делаете то, на что он даже не надеется.

– Возможно, – согласилась Замара, и это совершенно лишило Джейка мужества. – И все же, я сомневаюсь в этом. Джейкоб… У нас нет выбора. Под угрозой твоя жизнь и мое знание. Они не могут сосуществовать ни секундой дольше.

Джейк кивнул и лег на холодное каменное возвышение, слегка вздрогнув, когда коснулся его обнаженной кожей.

– Могли бы предложить покрывало что ли, – пошутил он.

Криткал пристально посмотрел на Джейка.

«Вскоре твой разум окажется в том состоянии, когда ты совершенно перестанешь обращать внимание на физическое тело», – ответил он. Словно бы это хоть как-то могло успокоить его.

Джейк вздохнул и вытянулся, сложив покрытые мурашками руки на груди.

– Ну что ж, давайте приступим…

Ее мягкие теплые губы, прильнувшие к его губам, не были нежными. Как Джейк и представлял себе – куда чаще, чем требовало благоразумие, – поцелуй Розмари был горячим и страстным, как и она сама. И, как только прошел первоначальный шок, Джейк ответил ей. Его руки обвили миниатюрное тело и притянули ближе на мгновение, бесконечно долгое и в то же время слишком, слишком короткое.

Когда Розмари отстранилась, Джейк трепетал от страсти. Она, разумеется, выглядела абсолютно спокойной. Улыбнулась и подмигнула ему.

– Не. Смей. Умирать, – с нажимом произнесла Розмари каждое слово.

– Хорошо, – с запинкой произнес Джейк. Его улыбка была глупой и неудержимой, словно движение планет. Он ощутил смущение, раздражение и веселье, исходящее от протоссов вокруг, но ничто из этого не имело значения.

– Мы переживем это, Замара.

– Я понятия не имела, что выражение личной привязанности у терранов обладает столь мощной силой, – сухо сказала Замара, но она была рада за него.