Рассказ заставил Чарли посочувствовать ей. Он был удивлен и заинтригован, что не помешало ему ощутить легкое беспокойство. Многолетний опыт подсказал ему, что от чокнутых можно ожидать чего угодно. Вдобавок он знал, насколько трудно выследить и призвать к ответу того, кто следует этой внутренней логике безумца. Чарли предпочитал людей, чьи мотивы были ясны и недвусмысленны. К подобным мотивам относилась жадность, зависть, похоть, ревность, жажда мести, ненависть, любовь. Настоящий материал для сферы частного сыска. Спасибо тебе, Боже, за слабости и несовершенства человеческой природы, ведь в противном случае Чарли остался бы без работы.
А сейчас у него была еще одна причина для беспокойства: он боялся, что подведет Кристину Скавелло и та навсегда исчезнет из его жизни. Если же это произойдет, ему останется довольствоваться лишь мечтами о ней… а Чарли был староват для фантазий подобного рода.
Когда Кристина закончила перечислять события этого утра (убийство пса, звонок старухи), Чарли спросил:
– Где сейчас ваш сын?
– У вас в приемной.
– Прекрасно. Там он в безопасности.
– У меня такое чувство, что он нигде уже не будет в безопасности.
– Успокойтесь. Уверяю вас, это еще не конец света.
Он улыбнулся ей, чтобы показать, что это и в самом деле не конец света. Чарли хотелось, чтобы Кристина улыбнулась в ответ. Он не сомневался, что от улыбки ее чарующее лицо станет еще прекрасней. Но в ней, похоже, не осталось места для радости.
– Итак, наша старуха… – сказал он. – Вы смогли описать ее весьма подробно. – Он заглянул в блокнот, в котором делал свои заметки. – Но нет ли чего-то еще, что помогло бы нам установить ее личность?
– Я рассказала все, что только смогла вспомнить.
– Как насчет шрамов? Были у нее шрамы или прочие отметины?
– Нет.
– Очки?
– Тоже нет.
– Вы сказали, что на вид ей ближе к семидесяти…
– Верно.
– При этом лицо почти без морщин.
– Да.
– Неестественно гладкое и слегка одутловатое?
– Именно. У меня была тетя, которой кололи от артрита кортизон. Из-за этих уколов ее лицо тоже было как у той женщины.
– Думаете, она лечится от артрита?
– Понятия не имею, – пожала плечами Кристина. – Все может быть.
– А не было ли на ней, случаем, медного браслета или медных колец?
– Медных?
– Я знаю, что это всего лишь предрассудки, но многие уверены, что медь помогает от артрита. Моя тетушка, у которой тоже был артрит, постоянно носила медную цепочку, по медному браслету на каждом запястье, пару медных колец да еще и браслет вокруг щиколотки. Настоящие доспехи, да и только. Тетушка божилась, что эти погремушки действительно помогают, хотя боли ее никуда не делись да и двигалась она с трудом.
– На той женщине не было ничего медного. Куча других украшений, но ничего, что напоминало бы медь.
Чарли снова заглянул в свои записи:
– Своего имени она не назвала…
– Нет.
– Но не было ли у нее монограммы… к примеру, на блузке?
– Нет.
– А на каком-нибудь из колец не было ли у нее инициалов?
– Не думаю. Я, во всяком случае, не заметила.
– Откуда она появилась, вы тоже не видели?
– Нет.
– Знай мы только, из какой машины она выбралась…
– Понятия не имею. Мы были уже у своего авто, когда она шагнула нам навстречу.
– А что за машина была припаркована рядом с вашей?
Кристина нахмурилась, пытаясь вспомнить, что же там стояло.
Пока она думала, Чарли изучал ее лицо, выискивая в нем несовершенства. Он знал, что в этом мире нет ничего идеального. У всего есть хотя бы один недостаток. Даже бутылка хорошего вина могла быть подпорчена плохой пробкой или избытком дубильной кислоты. Даже у «роллс-ройса» встречались мелкие недостатки. Или взять печенье с арахисовой пастой. Вкуснейшая вещь, но от нее полнеют.
Но как бы старательно он ни изучал лицо Кристины Скавелло, с ним все было в полном порядке. Да, нос узковат, и лоб слишком высокий. Но это ничуть не портило ее, скорее придавало ее внешности своеобразное очарование…
«Да что это со мной такое? Хватит уже вести себя будто влюбленный до умопомрачения школьник».
С одной стороны, Чарли нравилось, как он себя чувствовал. Было в этом что-то бодрящее. С другой стороны, подобные чувства слегка раздражали его, поскольку он
– Я вспомнила. – Кристина очнулась от своих раздумий. – Рядом с нами был припаркован не автомобиль, а фургон.
– Фургон? Что за фургон?
– Белый.
– В смысле – какой марки?
Она снова нахмурилась.
– Старый или новый? – спросил Чарли.
– Новый. Безупречно чистый.
– Вы не заметили, были на нем какие-нибудь вмятины, царапины?
– Нет. Если не ошибаюсь, это был «форд».
– Прекрасно. Не знаете, какого года?
– Нет.
– Машина для отдыха, верно? С такими круглыми окошками, а может, даже и с росписью по бокам?
– Нет. Очень практичный фургон. Такие обычно используют для работы.
– Вы не заметили названия фирмы?
– Нет.
– А что-нибудь типа рекламных объявлений?
– Тоже нет. Совершенно белый фургон.
– Номера не запомнили?
– Я их не видела.
– Вы обошли фургон сзади. Заметили, что это был «форд». Наверняка вам попались на глаза и номера.
