СУМЕРКИ ГЕРОЯ
Дэвид ГЕММЕЛ
Перевод с английского Н.И.Виленской. OCR BiblioNet
Анонс
Поклонники "дренайской саги" Дэвида Геммела! Вы читали "Легенду", "Царя Каменных Врат" и "Нездешнего"? Тогда не пропустите новую книгу цикла - роман "Сумерки героя"!
Прошло уже три тысячи лет со дня великой битвы древности. Три тысячи лет со дня, как запечатаны заклятиями Врата меж миром людей и миром демонов. Но теперь заклятие слабеет... Все шире и шире открываются Врата. Все чаще и чаще проникают в мир людской вечно одержимые жаждой крови демоны. Еще немного - и Врата откроются полностью. Кто же сразится с силами Зла? Кто совершит невозможное? Только - легендарный мастер оружия, не знающий ни страха, ни жалости. Человек, своей и вражьей кровью начертавший в истории мира дренаев имя свое - Нездешний...
ПРОЛОГ
Капитан наемников Камран Озир остановил коня на гребне холма и оглянулся на лесную дорогу. Двенадцать его людей, ехавших вереницей, тоже остановились, ожидая указаний. Камран снял железный шлем и расчесал пальцами длинные светлые волосы. Теплый ветерок приятно овевал вспотевшую голову. Пленница сидела за спиной у Камрана со связанными руками. Ее темные глаза смотрели с вызовом. Он улыбнулся ей, и она побледнела. Она знала, что он убьет ее и что смерть будет долгой и мучительной. Камран ощутил, как кровь прилила к чреслам, но это быстро прошло, и он сощурил свои голубые глаза, проверяя, нет ли за ними погони.
Убедившись, что погони нет, Камран попытался успокоиться. Гнев все еще кипел в нем, но он унимал его, говоря себе, что его солдаты - тупые скоты, не умеющие вести себя как просвещенные люди.
Набег прошел удачно. В деревушке было всего пятеро мужчин, с которыми они разделались быстро и без всяких потерь. Сколько-то женщин и детей убежали в лес, но солдаты схватили трех девок - достаточно, чтобы удовлетворить свои плотские нужды. Камран лично взял в плен четвертую, ту самую, темноволосую, которая сидела теперь позади него. Она пыталась убежать, но он догнал ее, соскочил с коня и повалил наземь. Девушка отбивалась молча, без паники, но удар в подбородок утихомирил ее, и Камран перекинул ее через седло. Сейчас по ее лицу растекался багровый синяк, на бледной щеке запеклась кровь. Линялое желтое платье сползло с плеча, едва прикрывая грудь. Камран заставил себя вернуться мыслями к более неотложным делам.
Да, все шло хорошо, пока этому недоумку Поляну не вздумалось поджечь крестьянскую усадьбу. Человек благородного происхождения, такой как Камран, не мог терпеть столь бессмысленного варварства. Что за преступное расточительство! Крестьян всегда можно заменить новыми, но к хорошим постройкам следует относиться с уважением. Упомянутый дом был именно таким добротным строением - человек, сложивший его, ценил хорошую работу. Камран злился не только на солдат, но и на себя. Вместо того чтобы просто убить захваченных женщин, он позволил своим желаниям возобладать над здравым смыслом. Он не спеша насладился воплями первой и третьей и отчаянными мольбами второй. После этого его внимание обратилось на темноволосую. Она не молила о пощаде и вообще не издала ни звука с тех пор, как пришла в себя и увидела, что связана по рукам и ногам. Она - лучший его трофей, и ее крики, когда он услышит их, будут слаще всего.
Дым окутал его как раз в тот момент, когда он доставал свежевальные ножи с костяными рукоятками. Камран обернулся и увидел пожар. Оставив пленницу, он бросился туда. Полян встретил его ухмылкой - с ней он и умер. Кинжал Камрана, пройдя между ребрами, пронзил ему сердце.
Остальные, увидев это, присмирели.
- У вас что, со слухом плохо? - гаркнул Камран. - Я запретил вам уничтожать что-либо без прямого приказа. Собирайте провизию - и в путь.
Вернувшись к девушке, Камран хотел убить ее, но в этом не было бы удовольствия, той медленной, пульсирующей радости, которую он испытал бы, глядя, как меркнет жизнь в ее глазах. С тяжелой, как свинец, досадой, он спрятал ножи в шелковый мешочек и завязал его черной лентой. Потом перерезал веревку, связывающую ноги девушки, и посадил ее на коня. Она по-прежнему молчала.
Камран уезжал от горящего дома с чувством глубокого стыда. Этот дом строили терпеливо, любовно выстругивая стропила и подгоняя углы, даже наличники у него были резными. Уничтожать такую работу - просто кощунство. Отец Камрана стыдился бы его.
Сержант, здоровенный Окриан, подъехал к нему и сказал:
- Я не успел остановить их, капитан.
- Вот что получается, когда ты вынужден иметь дело с подонками, - ответил Камран, заметив страх в его глазах. - Будем надеяться, что в Кумтаре мы наберем людей получше этих. Отряду всего из одиннадцати человек Панагин ничего серьезного поручать не станет.
- Люди у нас будут, капитан. Кумтар кишит молодчиками, которые только и рвутся поступить на службу одному из Домов.
- Это точно, кишит. Не то что в старину, а?
- Где уж...
