В донжоне уже успела побывать Илга: столы сверкали, кресла стояли ровно перед компьютерами, в воздухе приятно и ненавязчиво пахло каким-то ароматизатором для дома, на столике красовался поднос с напитками. Витя включил центральный монитор. Екатерина коротко изложила все, что они с Матео узнали, когда пытались предотвратить теракт в Университете Осло, и предложила друзьям задуматься о том, какую роль в его подготовке сыграл Барон.
– Какую цель он преследует и каковы его истинные мотивы? – спросила она. – Личное обогащение, идеологические соображения? А может, он просто наемник?
Дженис тоже поделилась всем, что выяснила, – или почти всем: рассказала о вмешательстве ПСИОПов для манипуляции выборами, о том, что подозревает, что они повлияли на голосование за брекзит, в результате которого Великобритания была изолирована от европейских союзников.
– Остается узнать, кто к ним обратился и ради чего? – заключила она.
Матео сообщил, что на вечере в Лондоне стал свидетелем встречи Джарвиса Борсона, нового премьера Великобритании, с американским генералом ПСИОП в отставке, недавно назначенным послом, двумя медиамагнатами, владельцами популистских изданий, поддерживающими националистские и супремасистские идеи, американским миллиардером ультраконсервативных взглядов и Стефаном Бароном.
– Что заставляет нас снова задуматься об этих непонятных переводах через джерсийский банк, загадочных финансовых потоках между американскими и русскими организациями и о деньгах, стекающихся в «Дойче банк». Ядро этой финансовой сети – «Оксфорд Текника», компания, якобы занимающаяся туристическим маркетингом, с фиктивным юридическим адресом в центре Лондона.
– Роберт Бердок, Либидов и Кич возглавляют медиаконгломераты. Шварсон руководит крупнейшим инвестиционным фондом, активы которого составляют около ста пятидесяти миллиардов долларов. Эйртон Кэш, еще один миллиардер, потратил кучу денег, чтобы изолировать свою страну от остальной Европы, исключительно ради колоссальной прибыли, которую рассчитывал извлечь из брекзита. Джарвис Борсон, Дарнел Гарбедж, Малапарти, Торек, покойный Викерсен… Столько политиков и лидеров популистских движений поддерживают тесные отношения с Бароном. Если говорить о банках, то здесь у нас замешаны JSBC и «Дойче банк». И наконец, ПСИОПы, бывшие военные, специалисты по манипуляциям, образовавшие гражданскую компанию. Для лучшего понимания расклада я нарисовала схему. Можешь вывести ее на центральный экран? – спросила Екатерина.
Витя отсканировал листок, который она ему вручила, и на экране появилась диаграмма.
– Эта ошеломляющая органиграмма кажется невероятной, но она далеко не полна, – продолжала Екатерина. – Мы должны определить недостающие элементы, будь то люди, предприятия или организации, принадлежащие хищникам или замешанные в их махинациях. Без этого нам никогда не удастся добраться до сути их плана и понять, каким образом они рассчитывают его реализовать. Матео сумел взломать мобильный телефон Барона, так что я собираюсь как можно скорее вернуться в Рим, чтобы выяснить, что он затеял в Италии.
– Вы же знаете поговорку – хочешь узнать, что происходит, проследи за деньгами, – сказала Дженис. – Витин вирус не позволит проследить все финансовые потоки, проходящие через Джерси, во всяком случае, так, чтобы нас не вычислили. А этого мы должны избежать любой ценой. Для постоянного контроля нам нужен админский доступ, как если бы мы работали с компьютера банковской сети, и тут я вижу только один вариант: действовать изнутри.
– Прошу прощения? – прервал ее Матео.
– Атака с мошеннической точкой доступа, – пояснила Дженис. – Я физически внедрю в один из их компов второй вирус, который распространится по всей их сети. И тогда мы сможем следить за их операциями, будем знать всех отправителей и получателей счетов, как если бы работали в JSBC.
– Вопрос в другом: как ты рассчитываешь попасть в этот банк?
– Да просто через дверь, скажу, что хочу открыть у них счет. Еще вчера мы держали у них триста миллионов, по-моему, достаточно, чтобы сойти за респектабельных клиентов, – ответила она лукаво.
– Это же сумасшествие, если ты хоть как-то сошлешься на нашу операцию, ты подвергнешь страшному риску и себя, и всех нас.
– Не такое уж сумасшествие. Есть и другой способ, – возразил Витя, поворачиваясь к брату.
Алик тут же понял, что на уме у близнеца. Приглушенные переговоры закончились в пользу Вити.
– Дело в том, – продолжал Витя, – что мы с братом взломывали и другие банки, так что у нас есть счета там-сям. Должен признаться, этот особняк обхождается в целое состояние. Миллиона достаточно, чтобы ты сходила за респектабельную клиентку?
– Вы что, увели миллион долларов? – спросила Дженис с трогательным простодушием.
– Судя по оборудованию в донжоне, тебе стоило сформулировать вопрос немного иначе: «И сколько же миллионов долларов вы увели?» – поправила ее Корделия.
– Если это тебя успокоит, по деньгам, которые мы взяли, никто не плачет, – заверил Алик.
– Она и не беспокоилась, – заметил Диего.
