– Дель, – качнула головой Кимелия, – я не Дисси и объяснить всё так доходчиво не могу. Но инлины полночи думали и по-разному прикидывали. Сама понимаешь, они в политике разбираются, тем более опыт у каждого… не одна сотня лет. Так вот, если бы тебя выдавали замуж за таргильского принца, несмотря на то что у него уже есть две жены, ему ещё положена третья, то ещё можно было бы говорить о какой-то пользе для страны. Но твой жених – принц Койрессир, из Зангары. Подумай теперь сама, какая польза стране от твоего замужества с ним?
Но Дель и сама уже сообразила, что никакой. Только вред. Зангара, конечно, находится недалеко, но путь к ней проходит через долину, облюбованную под свои замки тёмными магами. Она так и называлась последние столетия, Тёмный дол. И со смельчаками, решившимися её пересечь, могли приключиться любые мыслимые и немыслимые беды. Потому-то все здравомыслящие путешественники и купцы предпочитали добираться до Зангары морем.
– Мне тёмный маг обещал за благоразумие разрешить остаться во фрейлинах, наверное, решил, что я стану ему тайно служить, – с жалостью глядя на принцессу, пояснила Ким, – и сообщил, что через две недели вы вернётесь в столицу из свадебного путешествия. Значит, в Зангару вас собираются отправить вовсе не морем. Морем вам только туда нужно не меньше декады добираться. А если вы поедете через Тёмный дол… я не знаю, кем ты вернешься назад. И вообще, вернёшься ли.
– Но что же тогда мне делать? – Дель расстроенно отодвинула от себя тарелку, какой уж тут обед. – Если я сама видела приказ отца?! А король не любит, когда не выполняют его приказы. А принцессы тем и отличаются от других девушек, что не имеют права ставить свои желания выше государственных интересов.
– Дель, но ведь можно рассудить и по-другому, – вмешалась Варена, забыв от волнения про их уговор дать принцессе самой принять решение или хотя бы прийти к правильным выводам, – ведь все в королевстве знают, как он тебя любит. И какую сумасшедшую цену предлагал магам за твое излечение. Почему бы не предположить, что его обманули или заставили? Во всех случаях стоит попытаться с ним поговорить, а вдруг это письмо вовсе и не он писал?!
– Я и так знаю, что писал не он, – пожала плечами Лародель, и ошеломлённые этими словами девушки затаили дыханье. – Его величество никогда сам писем не пишет, секретарей пять штук держит. Но подпись была его, я проверила. И магистр, доставивший приказ отца, меня вначале проверил, не поддельная ли. Только потом свиток раскрыл. А печать на нём тоже была королевская. Но скажу вам честно, и у меня мелькали сомненья. Когда я увидела, как маги всему обозу почистили память. И мне пытались, спасибо инлинам за серьги… утром всё сразу вспомнила. Потому я поступлю так, как вы скажете… хотя многие назвали бы этот поступок неразумным. Но если у меня есть хоть один белый камушек из тысячи чёрных, я хочу его найти.
– Дель! – поражённая горечью, сквозящей в голосе подруги, Варена снова бросилась к ней и стиснула в ободряющем объятии её хрупкие плечики, – раз ты так решила, у нас ещё будет время хорошенько всё обдумать и обсудить. А сейчас давайте просто поговорим, а то я уже так соскучилась! Словно год тебя не видала. Мы тебе сейчас ещё расскажем, как Бини к бандитам ходила…
Наутро обоз снова тронулся в путь, и принцесса одним движением брови оборвала недовольную тираду графа Женлерте, возмущённого непозволительными привилегиями, предоставленными ею провинциалкам.
– Ну, ничего, – злобно бормотал предатель, с презреньем поглядывая, как пройдошливая графиня вместе с неприлично рыжими дочками усаживаются в королевскую карету, – через пару дней я припомню вам эти выходки.
Граф мстительно прищурил глаза, представляя, каким именно образом будут у него выпрашивать прощения эти три нахалки.
Но ему никогда и в голову не пришло бы соотнести свои воображаемые шалости с крепко сцепленными зубами молодого наёмника. Младшего из пятёрки, нанятой вчера вечером губернатором для охраны кузины.
Никогда Дьерджес не позволял себе сэкономить время на переезде от Места Встречи до Ирнеин, если того не требовала крайняя необходимость. И сегодня собирался уже устроиться поудобнее в тележке подземной канатной дороги, как получил срочное сообщение, заставившее его передумать. Двое воинов, выбранных им для фэй, с удовольствием сбросили лёгкие рубахи и встали по бокам.
Секунда – и они быстрокрылой птицей несутся в просветах грозовых туч, зависших над непроходимыми горными кручами. Дождь будет, мелькнула в глубине сознанья смутная мысль, в то время как другая его часть, слившаяся в разум птицы, наслаждалась скоростью и высотой полета. И внимательно отмечала каждую движущуюся точку под собой, сразу определяя её в одну из двух категорий: враг это или нет.
