– Луи, ты слишком много выпил. Ты сам не понимаешь, что говоришь.
Луи ухмыльнулся:
– Я не позволю тебе сжечь деньги. Это будет воровство – ты украдешь у меня мои деньги. Если ты это сделаешь, я всем расскажу то, что знаю.
Часы в гостиной пробили час ночи. И дом снова погрузился в ночную тишину.
Я положил руку на куртку Луи, прямо на его солнечное сплетение. Нет, я не хотел его толкать или бить, я просто спокойно положил руку. Мы оба смотрели вниз.
– Иди домой, Луи, – шепотом произнес я.
Он покачал головой:
– Мне нужны деньги.
Тогда я подошел к шкафу, нашел в куртке свой кошелек, достал оттуда две купюры по двадцать долларов и протянул Луи.
Однако он едва взглянул на деньги и сказал:
– Нет, мне нужна одна из тех пачек.
– Их здесь нет, Луи. Я спрятал их не дома.
– Где?
– Возьми эти деньги, – сказал я, протягивая ему сорок долларов.
– Я хочу свою долю, Хэнк.
– Ты получишь ее летом, как мы и договорились.
– Нет. Я хочу сейчас.
– Луи, ты меня не слушаешь. Я не могу отдать тебе деньги сейчас. Их здесь нет.
– Тогда я приеду утром. Мы вместе съездим и заберем деньги.
– Мы так не договаривались. У нас есть план, которому мы должны следовать.
– Ты только представь, что кто-нибудь напишет анонимную записку шерифу, в которой расскажет о том, что в деле Педерсона не все так чисто, как кажется.
Я пристально посмотрел на Луи. Признаться, я еле сдерживался, чтобы не ударить его. Мне хотелось размахнуться как следует и выбить ему пару зубов. А потом размахнуться еще раз и сломать ему шею.
– Возьми сорок долларов, – повторил я, изо всех сил стараясь сдержать эмоции.
– Разве он не мог просто не справится с управлением? – Луи покачал головой, показывая, что в эту версию невозможно поверить, и, улыбаясь, продолжил: – Мне кажется, что это по крайней мере странно. А где вы были в новогоднее утро?
– Ты никогда этого не сделаешь.
– А мне нечего терять, Хэнк. У меня нет денег, а я уже многим должен.
– Если ты подставишь нас, ты вообще ничего не получишь.
– Я не могу ждать до лета. Деньги нужны мне сейчас.
– Возьми эти сорок долларов, – снова повторил я и протянул деньги.
Луи снова покачал головой:
– Нет, я вернусь утром. Мне нужна по крайней мере одна пачка.
На секунду меня охватила паника. Но я быстро взял себя в руки, и выход нашелся сам собой.
– Я не могу никуда с тобой ехать завтра утром, – сказал я. – Дорога займет около суток. Я не могу так надолго уезжать, пока Сара не родит.
Луи, кажется, еще не решил, стоит мне верить или нет.
– Сутки? – переспросил он.
– Я спрятал мешок неподалеку от Мичигана.
– Какого черта ты отвез деньги в Мичиган?
– Я не хотел, чтобы они хранились где-то поблизости. Я подумал, что, если мы вдруг попадем под подозрение полиции, то будет лучше, чтобы деньги были как можно дальше.
Я видел, что Луи уже начал сомневаться и искать выход.
– Когда Сара родит? – спросил он.
– Через несколько недель.
– И тогда мы поедем за деньгами?
– Да, – ответа я, чтобы поскорее отделаться от Луи.
– Обещаешь?
Я кивнул.
– И мы разделим их?
Я снова кивнул.
– Возьми сорок долларов, – сказал я.
Луи посмотрел на деньги, взял их, положил в куртку и улыбнулся.
– Прости, что разбудил.
Я открыл дверь и, как только Луи вышел, сразу же ее захлопнул.
Заперев дверь, я посмотрел в окно. Луи остановился на крыльце, достал деньги, которые я дал ему, внимательно посмотрел на них и только потом пошел к машине.
Когда он открыл дверь машины, внутри на секунду зажегся свет. Теперь я совершенно ясно увидел двух человек в салоне. Впереди сидела Нэнси. Она улыбалась Луи. Сзади сидел еще один человек. Его я разглядел хуже, и сначала мне показалось, что это действительно был Сонни Меджор. Но когда Луи сел в машину и захлопнул дверь, у меня почему-то вдруг появились некоторые сомнения. Сонни Меджор был довольно низким мужчиной, он был меньше Луи, а вот человек на заднем сиденье выглядел довольно большим, я бы даже сказал, тучным. Он был похож на Джекоба.
Я смотрел на машину, которая уже выехала на дорогу. Луи включил фары. Я стоял у окна до тех пор, пока машина не скрылась из виду, а шум ее двигателя не исчез где-то в сумраке ночного города. В доме снова стало тихо и спокойно.
Я попытался быстро придумать, что делать, но мысли путались и ничего дельного в голову не приходило. Единственное, что я понимал, было то, что все вышло из-под контроля. Теперь у меня действительно появились проблемы, причем довольно серьезные, и выхода, кажется, не было.
Когда я отвернулся от окна и собирался было идти обратно в спальню, я увидел Сару, которая, закутавшись в белый халат, как привидение, стояла на верхней ступеньке лестницы.
Мы говорили прямо там.
Я поднялся к ней, и мы устроились на ступеньках. Так мы и сидели в темноте, прижавшись друг к другу, как дети, и разговаривали о том, что произошло.
– Ты слышала? – спросил я.
Сара кивнула и положила руку на мое колено.
– Все?
– Да.
– Джекоб рассказал Луи о Педерсоне.
Сара снова кивнула и слегка сжала коленку. Я тоже положил руку на ее колено.
– Что теперь делать? – поинтересовалась она.
Я пожал плечами:
– Ничего.
– Ничего?
– Наверное, надо просто переждать.
