Ответ на возражение 1. Как показано в «метафизике» IX, действия бывают двоякими. Действия одного типа исходят от внешнего предмета, таковы [например] нагревание или отсечение, тогда как действия другого типа, вроде мышления, ощущения или стремления, пребывают в [самом] действователе. Различие между ними заключается в том, что действия первого типа являются совершенством не движущего действователя, а движимой вещи, тогда как действия второго типа являются совершенством [самого] действователя. Поэтому, коль скоро движение является действием движущейся вещи, второй тип действий, как действий, принадлежащих тому, кто действует, называют его движением по следующей аналогии: в то время как движение есть действие движимой вещи, само действие подобного рода есть действие действователя; [само по себе] движение есть действие несовершенного, т. е. находящегося в возможности, тогда как действие подобного рода – есть действие совершенного, т. е. того, кто находится в действительности, как об этом сказано в [книге] душе» III. И в том смысле, в каком мышление является движением, о мыслящем самого себя говорят как о движущем самого себя. Именно в этом смысле учил Платон, говоря, что Бог движет самого Себя; а [отнюдь] не в том, в котором движения суть действия далеких от совершенства [вещей].
Ответ на возражение 2. Поскольку Бог есть Свое же собственное бытие и мышление, постольку Он – Своя же собственная жизнь; и потому Его жизнь такова, что не нуждается ни в каком [особом] начале.
Ответ на возражение 3. Жизнь в этом дольнем мире дарована подверженной порче природе, которая нуждается в порождении, дабы сохранялся вид, и в питании, дабы сохранялись индивиды. По этой причине основою здешней жизни является растительная душа, но отсюда не должно делать никаких заключений относительно нетленной природы.
С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что не все вещи имеют жизнь в Боге. Ибо сказано: «Мы Им живем, и движемся, и существуем» (Деян. 17:28). Но не все вещи движутся в Боге. Следовательно, не все вещи имеют в Нем жизнь.
Возражение 2. Далее, все вещи пребывают в Боге в качестве первообразов. Но оформленные по образу вещи должны соответствовать образу. Атак как не все вещи живы сами по себе, похоже, что не все они имеют жизнь в Боге.
Возражение 3. Далее, как сказал Августин, всякая живая сущность выше безжизненной[323]. Если, таким образом, безжизненные сами по себе вещи имеют жизнь в Боге, то похоже, что вещи более истинно существуют в Боге, нежели сами по себе. Но такое [мнение] выглядит ложным, ибо сами по себе они существуют в действительности, тогда как в Боге – [только] в возможности.
Возражение 4. Кроме того, как благие вещи и вещи, соделанные во времени, ведомы Богу, так же [ведомы Ему] и дурные вещи и вещи, которые Бог может соделать, но никогда не соделает. Если, таким образом, все вещи имеют жизнь в Боге постольку, поскольку они Ему ведомы, похоже, что даже дурные вещи и вещи, которые никогда не будут соделаны, имеют жизнь в Боге, ибо [и] они ведомы Ему; но эта [мысль] кажется кощунственной.
Этому противоречит сказанное [в Писании]: «Что начало быть, в Нем была жизнь» (Ин. 1:3, 4). Но все, что начало быть, начало быть чрез Бога. Поэтому все вещи имеют жизнь в Боге.
Отвечаю: в Боге жить – значит мыслить, о чем уже было сказано выше (3). В божественном уме мыслимое и мышление суть одно. Следовательно, все, что мыслится в Боге, есть истинно живущее, или жизнь в Боге. Отсюда: коль скоро все, что было соделано Богом, пребывает в Нем как мыслимое, из этого следует, что все вещи в Нем и есть сама божественная жизнь.
Ответ на возражение 1. О тварях говорится как о пребывающих в Боге двояко. Одним образом, поскольку они соединяются и сохраняются божественною силой; ведь говорим же и мы иногда о тех вещах, которые – в наших силах, что они – в нас. И так же о твари говорят, что она*– в Боге, хотя бы она и существовала в своей собственной природе. В этом-то смысле и должно понимать сказанное апостолом, что «мы Им живем, и движемся, и существуем»; ибо наше бытие, жизнь и движение обусловлены Богом. Иначе о вещах говорится как о пребывающих в Боге в смысле Его знания о них, [т. е.] что они пребывают в Боге через посредство своих идей, каковые в Боге не отличны от божественной сущности. Следовательно, вещи как пребывающие в Боге – это божественная сущность. И так как божественная сущность есть жизнь, но не есть движение, из этого следует, что вещи, в таком смысле пребывающие в Боге, не суть движение, но суть жизнь.
