Но если бы какое-либо из имен прилагалось к Богу не в смысле обозначения Его природы, но – Его «подлежащего», в соответствии с чем Он рассматривался бы как «это вот нечто», то это имя было бы абсолютно несообщимым; таковым, возможно, является еврейский Тетраграмматон[229]. И это было бы подобно тому как давать имя солнцу [исключительно] ради обозначения этой вот частной вещи.
Ответ на возражение 1. Божественная природа сообщима лишь согласно причастности ей некоторого подобия.
Ответ на возражение 2. Имя «Бог» – имя нарицательное, а не собственное, поскольку оно обозначает божественную природу в [ее] обладателе; хотя Сам по себе Бог в действительности не является ни [чем-либо] всеобщим, ни [тем более, чем-либо] частным. Ведь имена суть следствие не модуса бытия в вещах, но модуса бытия в нашем уме. И все же согласно истинному положению дел оно несообщимо, как было показано выше [на примере] имени «солнце».
Ответ на возражение 3. Имена «Благо», «Премудрость» и т. п. происходят от [имен] совершенств, проистекающих от Бога к тварям. Однако [сами по себе] они не выражают божественную природу, а, скорее, совершенства как таковые; следовательно, они поистине сказываются о многом. Имя же «Бог» присвоено Богу в соответствии с Его собственным и непрерывно испытываемым нами действием для обозначения [именно] божественной природы.
С десятым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что имя «Бог» приписывается Богу соименно [равно] по природе, причастности и согласно мнению. Ведь там, где предполагаются разнообразные значения, нет места противоречию как при утверждении, так и при отрицании: одноименность устраняет противоречия. Но католик, утверждающий: «Идол – не Бог», противоречит язычнику утверждающему: «Идол – это Бог». Следовательно, в обоих смыслах о «Боге» говорится соименно.
Возражение 2. Далее, как идол является Богом согласно мнению, а не по истине, так и удовольствие от земных наслаждений названо счастьем согласно мнению, а не по истине. Но имя «блаженство» соименно сказывается как об этом призрачном счастье, так и о счастье истинном. Следовательно, таким же образом и имя «Бог» соименно приписывается как истинному Богу, так и богу по [человеческому] измышлению.
Возражение 3. Кроме того, имена называются соименными потому, что они содержат одну идею. Однако и католик, утверждающий: «Есть [только один] единый Бог», под именем «Бог» разумеет всемогущее существо, пред которым благоговеет все; и язычник, болтающий: «Идол – Бог», имеет в виду то же самое. Следовательно, в обоих случаях имя «Бог» прилагается соименно.
Этому противоречит нижеследующее.
(4) Идея в уме – это подобие предмета, как сказано [Философом] в [книге] «Об истолковании» I. Но слово «животное», прилагаемое [равно] как к истинному животному, так и к его изображению, [сказывается о них] одноименно. Следовательно, имя «Бог», прилагаемое [равно] как к истинному Богу, так и к богу по [человеческому] измышлению, прилагается одноименно.
(5) Далее, никто не может выразить то, чего не знает. Но язычник не знает божественной природы. Поэтому когда он говорит, что идол – это Бог, он этим не выражает истинную божественность. С другой стороны, католик выражает истинную божественность, когда говорит, что есть [только один] единый Бог Следовательно, имя «Бог» прилагается [равно] как к истинному Богу, так и к бону по [человеческому] измышлению не соименно, но [исключительно] одноименно.
Отвечаю: имя «Бог» не прилагается во [всех] трех вышеупомянутых значениях ни соименно, ни одноименно, но – аналогически. Это очевидно из следующего: соименные понятия обозначают абсолютно одну и ту же вещь, одноименные же понятия – [вещи] абсолютно разные; в то же время при [употреблении] понятий, [используемых] по аналогии, слово, принимаемое в [некотором] одном значении, должно быть включено в определение того же самого слова, принимаемого в другом. Например, «бытие», которое прилагается к «субстанции», включается в определение бытия в смысле привходящего признака (акциденции); и «здоровое», прилагаемое к животному, включается в определение здорового в применении к моче и медицине. Ведь моча – признак [наличия] здоровья в животном, а медицина – причина [сохранения] здоровья.
